— А ты ревнуешь? — прищурилась она.

— Оказывается, мы не одни, у кого тут страсти накаляются, — не удержался от комментария Рэн, и на удивление, Эбби улыбнулась парню. Это удивило не только меня, но и друга. Он так открыто пялился на её губы и улыбку, что стоило бы запустить в него бутылкой.

— Ты не ответила на вопрос. — напомнил я.

— А я не обещала отвечать. У меня ещё полный бокал мартини, — и подняв в приглашающем жесте бокал, Эрика так соблазнительно ухмыльнулась, что мои тормоза уже отказывали. Эта девчонка ужасно бесила, но притягивала к себе с невероятной силой.

— Ты ведь помнишь правила игры? — понимая, что в бокале сводной уже почти не осталось алкоголя а впереди самые каверзные вопросы, не переставал ликовать я. — Как только алкоголь закончится, ты будешь отвечать на все вопросы.

Следующий круг вопросов, ещё один и время подошло к тому, когда солнце клонило за линию горизонта. В окна струились яркие багровые лучи, а комната наполнилась теплым осенним воздухом с запах опавшей листвы и сырой земли.

Под острым взглядом солнца, Эрика, улыбаясь, сияла ещё ярче. Никогда прежде я не любовался девушками так, как ею. Красивая, утонченная, яркая, как будто самое необычное созвездие вселенной и яркая звезда.

Напряжение между нами спало. Когда я задумывался, глядя на проезжающие мимо дома машины, казалось странным, что мы вчетвером вот так просто сидели, смеялись, улыбались по-настоящему друг другу, без ехидства и подтекста. Каждому из нас было комфортно. И я впервые почувствовал, что такие домашние компании, в которых не надо надевать маски и притворяться тем, кем не являешься, куда приятнее, чем понты, фальш и лицемерие.

— Когда им было по пятнадцать, они насыпали мне в пенал тараканов. — скривилась, предаваясь воспоминаниям, Эбигейл, ведая Эрике о наших совместных воспоминаниях. Я улыбнулся. Иногда, действительно было то, что можно вспомнить. — Я тогда положила туда косметику, потому что не успела накраситься дома, и когда собралась сделать это в женском туалете, вместо того, чтобы достать тушь для ресниц, из моего пенала поползли тараканы. Эти идиоты опозорили меня перед всеми старшеклассницами!

Эрика залилась смехом. Игривым, чистым, звонким. Таким, слушая который, хочется смеяться самому.

Рэна унесло так, от воспоминаний, что он уткнулся в плечо Эбби, прижимая её одной рукой за талию. Клянусь, я еле сдержался, чтобы не сфоткать их, и потом показать Форду, но в какой-то момент понял, что в оставаться в настоящем куда кайфовее.

— А ты…Эбби…ха-ха, — пытался донести нам что-то Рэн, что ещё смеясь на плече Мартинес. Она, закатывая глаза с полуулыбкой, ткнула его в бок, но не стала противиться. — …помнишь, как ты в лифчик вату подкладывала? — и друг снова залился смехом. — А на физре на разминке, она выпала у тебя из-под футболки. Клянусь, я чуть не надорвал тогда себе живот от смеха!