— Жаль, что родители не смогли прилететь, — вздыхаю я. — Мне кажется, им бы понравились слова Градской. Их дочь талантлива... Надо же… Они никогда не верили в меня, считали, что фотография — это всего лишь блажь, а мне нравится то, чем я занимаюсь.

— Ты молодец. Уверен, что твоя семья и так тобой гордится, — произносит Глеб, легонько касаясь губами моего лба.

— Ты и есть моя семья…

Я позвонила маме за неделю до проведения выставки. Пригласила, сказала, что оплачу билеты и проживание в отеле. Звать их к нам домой было бы странно: вряд ли всем было бы комфортно. Мама каждый телефонный звонок спрашивала, как у нас дела с Глебом, и всё ждала, когда же мы поссоримся. Нет, у нас бывали ссоры и очень часто. Мы притирались друг к другу, учились налаживать быт, но тут же мирились.

Квартира у Воронцова была со скучным холостяцким ремонтом. Тёмные тона, мрачная мебель, поэтому уже через месяц после приезда  я затеяла грандиозный ремонт. На этой почве тоже были скандалы, да. Но все они, как и полагается, заканчивались бурным примирением в постели.

Потом было открытие охранной компании. Сколько труда туда было вложено! На работу к Воронцову перешло много бывших коллег из спецслужб. График был посменным, нормированным. Их это устраивало гораздо больше, потому что у многих были семьи и дети, которые требовали внимания.

Я тоже активно учувствовала в подготовке, даже тогда, когда Глеб меня не просил. Сидела до поздней ночи с ним в офисе, украшала его кабинет и просто находилась рядом.

Этот год пролетел так быстро, что я и глазом моргнуть не успела. Событий было очень много, и все они были позитивными. Например, в прошлом месяце в столицу прилетала Яна. На три дня. Днём мы с ней бродили по музеям и выставкам, а вечером отрывались в ночных клубах. Она рассказала много новостей о наших. Таня, моя коллега, вышла замуж. Кирилл, сокурсник, перевёлся в Питер, а Ромка  работает помощником адвоката. Судейство ему теперь не светит. Захарова-старшего не посадили: он отделался многомиллионным штрафом и больше чем на десять лет лишился права занимать должность.

Мама с отцом за этот год расходились и сходились столько раз, что пальцев рук и ног не хватит сосчитать. Первое время я смиренно выслушивала мамины жалобы и давала советы, а потом поняла, что лезть к ним не стоит. Не маленькие уже, разберутся сами, как им лучше — вместе или по отдельности.

В последний раз мама убедила меня в том, что окончательно отпустила ситуацию с внебрачным ребёнком отца. Да, когда-то давно она хотела родить ещё. Да, это задело её за живое. За время разлуки у неё тоже были мужчины, поклонники. Они звали маму в рестораны и красиво ухаживали. Ей было с чем сравнить, но, когда отношения с ухажёрами переходили на новый уровень, она отступала и в очередной раз давала шанс отцу. Привычка это или любовь — она не знала. Но понимала, что без него уже не сможет. Недавно мама призналась, что они с отцом летят на отдых в Мексику.