После выставки Градская зовёт всех участников на скромный фуршет. Я хочу отказаться, но Воронцов отвечает согласием вместо меня. Праздничные тосты льются рекой, смех, веселье и многочисленные селфи. Даже я устаю!

Глеб откровенно скучает, поэтому я не отхожу от него ни на шаг. Мне радостно, что этот прекрасный день он может разделить со мной.

— Воронцов… — утыкаюсь лицом ему в шею.

— Да, Ника.

— А ты не хочешь дать мне свою фамилию?

Он усмехается и притягивает меня к себе за талию. Мои ладони упираются в его грудь, я ощущаю, что он горячий, даже сквозь рубашку. Жар от его тела мгновенно передаётся и мне.

— Хочу. Можешь нащупать у меня в кармане что-то твёрдое.

— М-м, прямо здесь? При всех присутствующих? — Я краснею и тихонько хихикаю.

Крепкие руки поглаживают меня по спине и пояснице. Становится безразлично, что мы не одни.

— Просто потрогай.

Я улыбаюсь и просовываю руку ему в карман. Касаюсь кончиками пальцев бархатной коробочки и чувствую, как закладывает уши от биения собственного сердца.

— Это то, что я думаю?

— Не знаю, — протягивает Глеб. — Открой.

Я оглядываюсь по сторонам и, убедившись в том, что на нас никто не смотрит, достаю коробочку из кармана. Внутри колечко! Красивое, сверкающее, с россыпью мелких бриллиантов. У меня дух захватывает! Мысли скачут вразнобой, а на лице играет довольная улыбка.

— Ждал удачного момента, но похоже, это он и есть, — произносит Воронцов. — Ты выйдешь за меня замуж?

— Конечно! — выкрикиваю несдержанно. — Да, да и ещё раз да!

Я примеряю кольцо на безымянный палец и бросаюсь обнимать будущего мужа. Он прижимает меня к себе так сильно, что хрустят рёбра. А затем мы целуемся. Нежно, игриво, до мурашек...

— Глеб, только нам нужно поторопиться со свадьбой, — шепчу ему в губы, немного отстранившись, — потому что я жду ребёнка.

* * *

Глеб