Игорь подошел к двери тренировочного зала, сглотнул тяжелый ком, и дрожащей рукой отрыл дверь. Нерешительный шаг вперед и вот он в зале. Дети, дети, мальчишки, парни постарше. Взгляд прошелся по периметру и споткнулся о двоих высоких рыжих парней. Неудивительно, что Игорь не сразу заметил стоявшую рядом с рыжими девушку. Коротко выстриженный затылок, открывающая плечи и лопатки майка, свободные штаны, поза выражающая расслабленность и уверенность в себе. Короткая стрижка и нарочито самоуверенный вид должны были затерять ее среди парней, должны были помочь слиться с толпой мальчишек, но она все же оставалась собой. Заметной, особенной.

Едва увидел ее, дыхание перехватило. Сердце рвануло, больно толкнуло в ребра и перекрыло дыхание, застучав где-то в горле.

Девушка стояла к нему спиной, даже не подозревая о том, кто позади нее. Игнат что-то рассказывал, как всегда активно жестикулируя.

Наглая рука Вани, стоявшего радом с Кирой, удобно устроилась на ее плече, он что-то сказал ей на ухо, и тройка рассмеялась.

Игорь сжал кулаки. В груди закололо. Игорю хотелось заявить, нет, закричать на весь зал, что Кира никому здесь никогда не достанется. Кира — его! Но, конечно, он об этом не заявит. Ведь единственный человек, которому следует знать, что Кира — его, это сама Кира.

Игорь стоит, словно окаменевший и сверлит взглядом руку Вани, лежащую на пояснице Киры, когда вдруг на него устремляется пара глаз. Мальчишка, стоящий неподалеку, замечает Игоря и удивленно восклицает. Это привлекает внимание тройки, сначала Игнат поднимает глаза, смеющийся взгляд тут же меняется на изумлённый. Затем оборачивается его брат, а следом за ним и Кира. Ее глаза фокусируются на лице Игоря, заставляя последнего нервно сглотнуть. Она смотрит на него через плечо, из-под падающей на глаза челки и не сразу понимает кого видит. До нее доходит невыносимо медленно. Она моргает, хмурится, затем, когда, видимо, осознание оседает в ее голове, наконец поворачивается к Игорю корпусом. В ее глазах столько боли, неверия, непонимания и отчего-то страха, что Игорю и самому становится больно.

В это же мгновение Игорь чувствует движение сзади. В зал входит Михаил Андреевич, секунду удивленно смотрит на Игоря, не понимая, почему тот застыл в дверях. Но бегло оглядев зал и заметив замершую изваянием, с широко распахнутыми глазами Киру, понимающе хмыкает.

— Ну что ты встал? — Обращается к Игорю не вопросительно, а скорее с упреком, — Иди. Давай-давай. — Подталкивает Игоря вперед, словно толкая его на эшафот, и с какой-то издевательской насмешкой наблюдает за ним. Иди, мол, пожинай плоды.