— Можешь не объяснять, — сказала она таким тоном, что мне безумно захотелось сделать какую — нибудь гадость. Драть волосы, конечно, перебор, а вот вспомнить свое детство и подставить подножку, чтобы девушка растянулась на полу… очень заманчиво. Но мои губы, растянувшиеся в улыбке, показывали крайнюю степень дружелюбия.

— Ко мне в кабинет, Лина, — как-то угрожающе произнес начальник. — Не задерживай меня.

— Да — да, Кирилл… Романович. Вы очень грозный. Я уже трепещу.

Брюнетка прикусила губу и, подойдя к Воронцову, поправила его галстук. Я сжала зубы, почему — то чувствуя, как эта девушка нравится мне все меньше и меньше. Зажатый в руках карандаш надрывно хрустнул, и Кирилл одарил меня странным взглядом. Могу поклясться, что он специально не стал одергивать Лину. Я никогда не видела Воронцова в компании девушки, и сейчас мне не понравилось это зрелище. Неужели ревную? А с какого черта, спрашивается?

— Два кофе, Кира. Как обычно.

Карандаш я окончательно доломала, когда двое скрылись за дверями кабинета. Не думала, что та симпатия, которую я все-таки признала вчерашним вечером, не просто легкий интерес. Нет, по — моему, зря я обозвала Кирилла трусом. Потому что я сама не лучше.

Резко встала, откинув обломки на стол, и с мрачным выражением лица направилась на тридцатый. Кофе — машину на тридцать первый так и не поставили.

Пока выполняла поручение, размышляла. Покоя не давал вопрос: почему я так отреагировала на эту Лину? Все-таки Кирилл Романович не должен был до такой степени запасть мне в сердце. Я не чувствовала к нему ничего, что походило бы на влюбленность в Данила. Но почему — то присутствие бывшей (и бывшей ли?) девушки Воронцова, подействовало, словно красная тряпка на быка.

Да даже если что-то и есть… нет, показывать это Воронцову и позориться перед Линой я не собиралась. И потому в кабинет заходила, усиленно думая о выполнении элементов выездки на Мишке. Куда жать ножкой, куда отводить ручку, как держать баланс… Да, с таким серьезным выражением лица только в покер играть на большие деньги.

— Ваш кофе, Кирилл Романович, — я осторожно поставила поднос на стол начальника.

Лина, закинув ногу на ногу, устроилась на стуле напротив рабочего места Воронцова. Сам же Кирилл вдумчиво изучал документы, лежащие перед ним.

— Спасибо, Кира, — он поднял на меня глаза. — Зайдите через пять минут. Возьмете заключение эксперта и отнесете Демидову.

— Хорошо, — кивнула я, стараясь не смотреть на Ангелину. — Что-то еще?

— Нет, вы можете идти.

Ни один мускул не дрогнул на моем лице, когда я проходила возле Крыловой, тогда как сама девушка пристально смотрела на меня. Одному черту известно, как хотелось стереть эту самодовольную улыбочку с ее лица — слишком приторная и радостная. В стенах серьезной юридической фирмы совершенно не к месту.