Пока Воронцов настраивал свою технику, все-таки сходила в ванную охладиться. Полезно… м — да. Волосы старалась не мочить — без расчески их не прочешу, а пальцами распутывать — всю ночь займет. Единственное, только косу надо будет переплести на ночь.

Стоя под холодными струями воды, закрыла глаза — воображение подсовывало совсем неоднозначные картинки, стоило только вспомнить, что мы с Кириллом в квартире одни. Унимать расшалившиеся чувства пришлось долго. Но зато после я чувствовала себя снегурочкой — такой же холодной и синей.

Обтерев тело полотенцем насухо, оделась, завернувшись в махровый халат.

Кирилл встретил меня внимательным взглядом, но сумел удержать себя в руках.

— Не против, если я тоже посмотрю? — поинтересовался он, когда я уселась в кресло, поставив ноутбук на колени.

— Да нет, — улыбнулась я.

Воронцов сел на широкий подлокотник, и я повернула к нему экран. Фотографии и правда вышли шикарные… Мишка сверкал в солнечных лучах, я светилась от счастья. И волосы у меня были темные.

На одном из снимков мы с Михмалли вышли особенно волшебно: я доверчиво утыкалась ему в шею, а он прижимался головой к моей спине, как будто притягивая к себе.

— Вы правда настолько близки? — Кирилл не дал мне переключить фотографию. — Фото интимное, если так можно выразиться.

— Я люблю его, — откровенно призналась я. — Мишка очень дорог мне. Я ему доверяю, и он вроде как тоже… Можешь назвать это сентиментальной глупостью, но мы понимаем друг друга без слов.

— Это не глупость. Я вижу.

На следующем кадре оказалась я одна — и когда фотограф успела подцепить такой момент? Счастливо улыбаюсь, поворачиваясь и откидывая волосы — чувствуется движение, кураж. Засмотрелась. Никогда не любила, когда меня фотографируют. Если только с лошадьми… а в тот день открылась, позволяя запечатлеть собственную душу.

В тишине комнаты я слышала дыхание Кирилла, сидящего рядом. Протяни руку — и я коснусь его… Я удивилась, когда он неожиданно встал с подлокотника.

— Спокойной ночи, Кира, — и, не оборачиваясь, ушел, прикрыв за собой дверь.

Зря показала фотографии. Впрочем, уже не важно. Переплела косу, выключила свет и, скинув халат и оставшись в рубашке, легла, уставившись в потолок.

Не спалось. Сна ни в одном глазу. И понять почему, невозможно. Проворочалась довольно долго, но не смогла перебороть себя. Хотелось подышать свежим воздухом. Где — то же должен быть выход на лоджию. И правда — нашла его быстро. Оказалось, что дверь на кухне.

В темноте маячил силуэт Кирилла — видимо, и его что-то терзает. Хотела уйти, не желая мешать, но Воронцов меня заметил. Пускаться в бегство уже было поздно, и потому смело присоединилась к мужчине. В распахнутое окно залетал холодный ветер, и я зябко поежилась, посильнее укутываясь в халат.