В проем просовывается голова Глеба, а я на какое-то время теряю дар речи. Мне снится? Или он просто пришел попрощаться?

Последняя мысль останавливает меня на полпути, и я не свожу взгляда с двери. Глеб медленно ее открывает, заходит в комнату и…

Улыбается…

— Я все равно буду с тобой встречаться! — выдаю я довольно резко. — И мне плевать, что думает по этому поводу мой отец.

— Ну-у… — тянет мужчина, засовывая руки в карманы. — Слушай, а у тебя симпатичная комнатка. И кровать такая большая! — подмигивает, рассматривая с интересом интерьер.

— Глеб, ты меня слышишь?

— Слышу, слышу, — мужчина подходит к стене, где висят мои детские фотки. — Это сколько тут тебе? — кивает на одну из фотографий.

— Я чего-то точно не понимаю, — закрываю глаза и мотаю головой из стороны в сторону.

— Ты просто прямо с порога так громко кричала, что я даю тебе время остыть, — Глеб пожимает плечами. — Не спросишь, как мы поговорили с твоим отцом?

Что-то я и вправду перенервничала. Очень сильно. Куча плохих мыслей лезет мне в голову, что эта самая голова начинает раскалываться на две части. Плюс еще практически бессонная ночь…

— Как вы поговорили с моим отцом? — я спокойно произношу каждое слово чуть ли не по слогам, на что мужчина усмехается в ответ.

— Нормально поговорили.

— Глеб!

— Да все в порядке, малышка! — на его лице расплывается улыбка, и я второй раз за последние полчаса бросаюсь к нему в объятия. — Я же обещал тебе, что все решу.

Я снова реву. Правда, теперь уже от радости. Прижимаюсь сильнее к мужчине, просто боюсь его отпускать. Как будто именно сейчас он испарится!

Если я разомкну руки…

— Что-то я перенервничала, — всхлипываю и, наконец, немного отпускаю Глеба, поднимая голову. — Голова раскалывается.

— Поехали домой.

Всего два слова, но это так приятно.

А внутри разливается тепло…