— Нет-нет-нет, нельзя плакать, но я так рада, так рада, видеть тебя счастливой. Моя малышка уже невеста.

— Ма-а-ам, перестань, или Черри меня убьет. Тогда не бывать церемонии, — смеется Джи, целуя растроганную женщину в щеку.

За открытой дверью в домик слышен какой-то шум, громкий мужской голос — явно возмущенный. Через пару секунд появляется его обладатель — статный высокий мужчина лет сорока пяти, или больше. Все в его образе кричит — рок-звезда. Скорее всего, это отец Джи — Руперт Браун: кольцо в ухе, такие же пронзительные бирюзовые глаза и хулиганский вид. Из-за молодости внутри, музыкант выглядит таким же снаружи, несмотря на возраст. Он заключает Джи в объятия со словами:

— Совсем выросла дочурка. Такая обаятельная — глаз не оторвать. Моя маленькая Джинни.

Джинет рассказывала, что ее родители давно в разводе. Триша вышла удачно второй раз замуж, а Руперт до сих пор путешествует по миру с группой «Polar bears». «Папа никогда не распрощается со свободой. В глубокой старости он все равно будет сидеть с гитарой, в ковбойской шляпе и напевать старенькие хиты» — так охарактеризовала отца Джинет, и он своим внешним видом это сразу доказал. Бывшие супруги тихо спорили на заднем плане, но их разговор все прекрасно слышали, скрывая насмешливые улыбки:

— Тебе уже сорок семь, а ведешь себя, как ребенок. Ей Богу, Руперт, — сердито шепчет Триша, косо поглядывая на бывшего мужа. — И что за внешний вид? Это же свадьба единственной дочери. Боже…

— Нормальный вид. Курт Кобейн и Кортни Лав тоже поженились на Вайкики. Он вообще надел пижаму и сказал, что ему лень переодеваться, — отшучивается басист «медведей», я прикрываю рот рукой, чтобы не расхохотаться. Отец Джинет не промах, с хорошим чувством юмора. И очень любит подкалывать бывшую супругу.

— Ты не Курт Кобейн, — шипит Триша, закатывая голубые глаза.

Руперт наклоняется и шепчет что-то жене на ухо — остается только догадываться, почему она поджимает в негодовании губы. Помощница организатора просит подружек невесты идти за ней. Бросаю на Джи подбадривающий взгляд и шепчу: «Мы с тобой».

Небольшой зеленый островок на берегу голубого океана превратили в красивую сказочную поляну. Гостей собралось не так много — не больше пятидесяти человек. Чуть в стороне на деревянном помосте расположились музыканты и настраивали инструменты, но мой взгляд остановился на женихе у алтаря. Син был одет в белую рубашку и светлые брюки — никакого официоза. Только татуировки на шее и руках неоднозначно намекали: жених — бунтарь. Он о чем-то тихо говорит с Черри, затем целует сестру в щеку и приветливо улыбается мне. Посылаю ответную улыбку.