Познакомились на одной из тусовок в клубе пару лет назад (я даже не помню, где именно). Зависали иногда вместе и оттягивались. Каким способом наркотики попадали к Рори — я без понятия, меня это вообще не колыхало. Приехал, чтобы снять напряжение, но обнаружил в таком состоянии, сразу вызвав полицию.

Детектив наверняка знает кто я и что из себя представляю, поглядывая скептически. Он не верит ни единому слову, что я приехал якобы случайно для расслабона. У меня нет алиби, да и репутация кокаиниста со стажем из газет, ТВ, интернета опережает. Я не знаю ни одного человека по имени из окружения Рори, о его семье или чего-то важного. Меня волновало другое, а немилые беседы о жизни.

Детектив читает мое дело. Напоминает о первом приводе, о проблемах с наркотиками, всплывающих постоянно в прессе — одним словом, всячески запугивает и давит. Я связан с посредником дилера с черного рынка, за сбыт и хранение есть статьи и уголовная ответственность. Простым штрафом, даже если «звезда», не отделаешься. Если в моей крови обнаружат наркотик, они имеют полное право на обыск дома. Если найдут там наркотики, и количество превысит норму, мне светит от десяти лет заключения. Полная задница.

— Вы же читали мое дело, — высокомерно ухмыляюсь, встречая стальной взгляд офицера. — Я регулярно употребляю, а не сбываю. Да и желания на такую хрень нет. У меня достаточно бабок.

— У вас возьмут анализы крови, волос и мочи, — ровным тоном говорит мужчина, откидывая папку с листами. — Пока что мы вынуждены вас задержать по подозрению в пособничестве.

Нервно постукиваю пальцами по столу и огрызаюсь, что имею полное право ничего не говорить без адвоката, так как эти обвинения беспочвенны. Детектив многозначительно хмыкает и предлагает связаться с адвокатом, но я чуть не давлюсь от хохота и собственного бессилия. Мне некому звонить и не у кого просить помощи. В сложившейся ситуации виноват только я. Либо это неудачное стечение обстоятельств, либо моя «везучесть» привели не вовремя в квартиру Рори, поэтому я в очередной заднице. Только на этот раз проблемы куда масштабнее.

— Я же сказал, что не занимаюсь такой тупой херней! — ударяю гневно кулаком по столу и обвожу душное помещение ненавистным взглядом, когда детектив повторяет, что я единственный свидетель в деле.

— Уведите.

После того, как у меня берут анализы, закрывают сразу в камере. Я не могу уснуть, видя перед глазами мертвое тело Рори и его стеклянный взгляд. Впервые ощущаю липкий неприятный страх от замеса. Качаюсь из стороны в сторону, как слабоумный, думая только о дозе. Кожа и внутренности горят, голову разрывает на части. Смотрю в одну точку, захлебываясь в собственных болезненных мыслях. На следующий день я ору как ненормальный, чтобы меня выпустили и разбиваю костяшки в кровь, колотя о железную решетку. На истерику никто не реагирует. Забиваюсь в угол, ощущая, как под кожей снова летает рой тварей, а рядом кто-то ходит. Зажимаю уши и шепчу, чтобы они все заткнулись. Дайте тишины и успокоительного.