Глава 66. Сделка с дьяволом

Знаю, уже скоро я начну действовать, освобожусь от тяжелых оков и совершу прорыв. Но куда бы я ни шел, пока не сделаю шаг, я буду слышать: «Мальчик, ты же знаешь, что проиграешь». Они говорят, что я не решусь, не сдвинусь с места. Они затягивают тугую веревку вокруг моей шеи. У них нет имени, они находятся рядом — все мои страхи.

Оззи

Как ни странно, я притерся к своему временному жилищу. Встретил здесь свои двадцать шесть, Рождество и Новый год. Я привык встречать праздники в окружении непонятных людей. В этот раз день рождения я провел в полной отключке под транквилизаторами, а Рождество и Новый год под дурацкие комедии и попкорн, которые включила Мари.

Мари младше на пять лет, зеленоглазая шатенка с короткими волосами и хулиганским характером. Она слишком гиперактивная для такого местечка. Мари прицепилась после совместной терапии, когда каждый делился своей историей. Вообще я ненавидел групповые психотерапии, но это часть реабилитации. Некоторые узнали во мне рок-музыканта, другие — нет. Мари неформалка, любила рок и являлась поклонницей этой культуры. Она постоянно трещала и действовала на нервы, но даже посылы на четыре стороны не действовали, будто она в бронетанке. Я смирился с ее болтовней.

Девушка родилась в России, но ее отправили в Англию в пансионат для девочек. В общем, со слов Мари, родители забили на ее существование, откупаясь деньгами. Она всячески протестовала, буянила, чтобы привлечь их внимание и связалась с не очень хорошей компанией. Они были не такими балованными и обеспеченными, как Мари, поэтому приняли в свою шайку из-за денег и ловко пользовались ею. Закончилось все тем, что она подсела на кокаин в шестнадцать, а два года назад родители только зашевелились и отправили непутевую дочурку на лечение. Теперь эта взбалмошная мадемуазель компостировала мои мозги, надоедая ежедневно своим трепом.

Четыре месяца изоляции в лесу среди природы повлияли благосклонно, пусть я заново пережил пытку из-за детоксикации. Бессонницы практически не мучили, испорченный режим питания тоже стал налаживаться. Еще я познакомился с Анной Линдберг — психологом. Она стала единственным человеком, с кем я разговаривал. Мари не в счет: ее присутствие я терпел и не делился личным. С Анной дела обстояли иначе, она сразу расположила к себе. То ли из-за внешности, — кареглазая блондинка —, то ли из-за профессии. Женщина никак не реагировала на флирт и подколы с моей стороны. Анна была старше на одиннадцать лет, но выглядела потрясающе. В основном мы гуляли и разговаривали, если погода не располагала, беседовали в оранжерее. Я ненавидел кабинет, потому что чувствовал себя пациентом психушки. Анна нашла альтернативу и предложила прогуливаться вечерами или перед обедом.