Что-ж, ожидаемая реакция.
Прошла любовь, завяли помидоры…
Глава 38. Разбор полетов
Глава 38. Разбор полетов
Глава 38. Разбор полетовPOV Соня
Грудная клетка все сильнее сжимается стальными обручами. Давит. Кости трещат и трескаются. И мне так неприятна и обидна его реакция. Сейчас он просто встанет и отвезет меня домой, а потом будет смотреть, как на досадное недоразумение.
Нет уж, если ставить точку, то самой.
— Все, Роман, закругляемся? Вам хватило?
Прикрывает веки, дышит учащенно и сбито, а потом поднимает на меня глаза и почти размазывает своими словами.
— Больше никогда так не говори, поняла меня?
— Как так? — и подбородок начинает нещадно дрожать.
— Никакая ты не дефектная. И не бракованная. Ты, Соня, самая чудесная на свете, — и тут же подается обратно, сгребая меня в охапку и прижимая к себе так крепко, что мне становится трудно дышать.
А дальше и вовсе приподнимает меня со стула, а затем определяет к себе на колени, начиная укачивать словно маленького ребенка. И мне почему-то не хочется выпутываться из этих странных объятий. Мне хочется, чтобы меня жалели. И еще раз повторили вслух, что я ничем не хуже той, что была раньше.
— Маленькая моя девочка, мне так жаль, — гладит меня по голове, а я прикрываю глаза и позволяю себе раствориться в моменте, — но жизнь продолжается. И я обязательно сделаю тебя счастливой, все компенсирую. Я буду любить тебя так, что тебе некогда будет думать о том, что в твоей жизни чего-то или кого-то не хватает. Обещаю!
— А если…
— А если нам все-таки приспичит, то мы найдем решение, но только такое, где тебе и твоей жизни не будет ничто угрожать.
— Как сладко вы поете, Борода Романович, — фыркаю я и пытаюсь соскочить с его колен, но он еще крепче стискивает меня в своих руках.
— Расскажи мне, как это случилось? Хоть что-то помнишь?
На секунду замираю, тушуюсь, пугаюсь…