— Все, Соня, более никакого Сергея. Я запрещаю!

— Но, ба, он все наврал тебе!

— А досье? — подпевал на задах бородатый прихвостень и я, повернувшись в его сторону, оскалилась.

У-у, бесит!

— Вы его сфабриковали!

— Мне что, заняться нечем? — сложил он руки на груди и оперся бедром о машину.

— Ненавижу вас!

— Уверены?

— Терпеть не могу!

— Оу…

— Органически не перевариваю!

— Ах, я убит…, - и театрально прижал руку к сердцу, чем еще сильнее вывел меня из себя.

— Ба! Он меня саботировал на побег! — выложила я главный козырь и тут же ошарашенно уставилась на свою престарелую родственницу, — Ба, а ты чего это улыбаешься?

— Я? Да Господь с тобой, внученька! Это просто нервный тик от твоего непростительного поведения. Не иначе, как твой этот безобразный Сергей на тебя дурно влияет. Все, никаких больше с ним свиданий. Табу! А вам, Роман, спасибо, надеюсь, что и дальше не подведете.

И на этих словах развернулась, и пошагала в дом, волоча меня за собой, как нерадивого ребенка. А я только грозила кулаком Бороде Романовичу и впадала в состояние тихой ярости.

Обставил меня, фантазер мелкокалиберный! Ну ничего-ничего, я еще ему устрою мать Кузьмы!

— Ба…

— Замолчи!

— Бабушка! Вот скажи мне, ты ничего не перепутала? — все-таки выдернула я свою руку из ее железной хватки.

— А ты?