— Жена, или девушка, называй как хочешь, будет смотреть на тебя, как на бога. Это будет воплощение преданности и послушания. Умеренного, трезвого послушания, не путай со слепым раболепием и возведением в культ. Жена не рабыня. Она, уважая и почитая тебя, будет требовать такого же отношения к себе, она заслуживает его. Ведь будет смотреть только так, как ты смотришь на неё. Боготвори её, Фади. Посмотри на свою мать: она…

«Неудачный пример ты выбрал, папа, — подумал Денис, — с появлением Кравченко твоя жена больше не смотрит на тебя, как на бога. Или, быть может, она стала политеисткой?»

— Запомни, Фади, — речь отца подходила к концу, — главное в женщине — это покорность и чистота. Последнее особенно важно. Если девушка нечистая, ни о каких серьёзных отношениях и речи идти не может. Скажи честно, Рената чистая или порченая?

— Чистая, конечно, чистая, — рьяно вымолвил сын, — я бы с другой вас знакомить не стал.

Глава семьи удовлетворённо кивнул.

— Замечательно. Правильно. Рената — хорошая девушка, признаться, я впечатлён. К тому же азербайджанка. Тебе бы жениться на такой, как она. Я буду рад узнать её лучше, приводи её к нам в дом на неделе.

— Как скажете, отец, — Денис радостно осклабился и поцеловал ему руку.

Наставления отца он тут же передал Ренате, как только девочка заявилась к ним в дом. Не дав ей пройти к входной двери, он остановил возлюбленную возле крыльца и серьёзно предупредил:

— Слушай, только постарайся не говорить слишком много. Отец любит молчаливых; чем больше ты молчишь, тем больше ему нравишься. Ты понимаешь?

Девушка пожала плечами.

— Ладно, если это и впрямь важно.

— Спасибо. Обращайся к моему отцу исключительно на «вы», это важнейшее правило. Даже моя мама до свадьбы обращалась к нему на «вы», пока он сам не разрешил называть его Дамиром, а не по имени-отчеству.

— И вы что, тоже с ним на «вы»?

— Разумеется, — Денис нахмурился и понизил голос. — Наш отец сам решает, кто и когда имеет право переходить с ним на ты: коллеги, дети, соседи, хоть сам президент. Я не шучу, для него недопустимо переступать эту черту.

— Надо же, как строго, — усмехнулась Рената.

— Ах, да, ещё одна вещь, — спохватился Денис. — Если что, для родителей мы с тобой даже за руку не держались.

Девушка начала уставать от бесконечного списка условий. Денис продолжал:

— А сможешь процитировать какого-нибудь русского классика? Отец любит образованных людей. Чуть не забыл: у тебя сделаны все прививки? Дело в том, что у отца есть принцип: он…

Рената не выдержала и расхохоталась. Она смеялась и смеялась, и ветер разносил её звонкий смех по всему двору. Денис смотрел на неё в полной растерянности. Ради приличия он улыбнулся девушке в ответ и стал ждать, когда она успокоится.