Если он был жив - почему не вышел на связь? Хотя бы не подал весточку?!

Стоп, Марина ведь только что говорила про какое-то ранение и реабилитацию?

— Правда, - продолжает она, - в бабах так и не научился разбираться. Взял себе какую-то чмоньку - смотреть больно, ни кожи, ни рожи. Хотя, возможно, у них все «по большой любви».

Она проводит над животом, намекая на беременность.

У моего Меркурия есть ребенок?

— Ох, прости! - Марина прикрывает рот. - Я совсем забыла, что вы с Олегом потеряли сына. Прости, прости. Алексей говорит, что у меня язык без костей.

Меня снова больно жалит в сердце. Но теперь так сильно, что перехватывает дыхание - и я, невнятно извиняясь, почти наощупь бегу по залу в сторону двери. Только когда оказываюсь на улице и громко хватаю воздух, в легких, наконец, становится прохладнее. Минуту назад я думала, что они просто сожгут меня изнутри. И, возможно, в глубине души даже хотела этого.

Слова Марины повторяются в голове как заевшая пластинка - снова и снова, одно и то же, иногда такой мешаниной, что и не разобрать. Но она четко сказала: Максим жив. Женился. У него ребенок.

Тянущая боль внизу живота как-то резко откатывает время назад, на все месяцы, которые я накачивала себя ядом собственной злости, потому что мой ребенок… даже не смог сделать вдох.

Мой малыш.

Маленький и совершенно беспомощный, сморщенный неподвижный комочек на латексной перчатке.

Глава пятидесятая: Венера

Глава пятидесятая: Венера

Глава пятидесятая: Венера

— Ника?

Голос Олега заставляет меня вздрогнуть, но уже не застает врасплох как раньше. Теперь я на уровне рефлексов подсознательно всегда готова к его вторжению в мое пространство. И даже хорошо, что у меня шок, а не истерика со слезами. Тогда было бы куда сложнее делать вид, что все в порядке, хоть минуту назад я как будто рухнула с обрыва.

— Все в порядке? - Он становится передо мной и властно берет подбородок пальцами.

Любимый жест этого чудовища. Он так часто его практикует, что я давно привыкла и уже даже почти не чувствую его пальцев. Просто поднимаю взгляд и смотрю прямо ему в глаза.

«Последняя проверка на вшивость, Вера, - говорю сама себе. - Если сейчас ты не обведешь его вокруг пальца, значит, все остальное лучше даже не начинать».

— Марина утомила своими разговорами о несокрушимой потенции Алексея. - Корчу вселенскую усталость. - Такими темпами они скоро пойдут за третьим. Сказала, что у меня разболелась голова и нужно на воздух. Надеюсь, хотя бы здесь она меня не достанет. Предупреждаю сразу, что точно скажу какую-то гадость, если она опять заведет про каменный член мужа.