— Какой ответ тебя больше порадует на данный момент? - отвечаю вопросом на вопрос, абсолютно хладнокровно выдерживая его парализующий взгляд.

На мгновение он выглядит искренне удивленным.

И я уверена, что мне это не показалось.

Самое время нарисовать себе печеньку за победу в моральном противостоянии. Я дала себе слово, что, когда вернусь домой и начну действовать, этот монстр больше никогда не сможет одержать надо мной верх. Даже если ради этого придется лишиться чувств, сердца и души. Сегодняшняя победа - только одна из многих грядущих.

Олег ослабляет хватку, но я не спешу отходить - продолжаю стоять так же и в той же позе, с по-собачьи задранным лицом, только позволяю себе легкий безумный оскал. Потому что в эту игру, ублюдок, можно играть вдвоем.

— Пойдем внутрь, ты легко одета.

Олег как флюгер, умеет резко менять тему.

Подставляет локоть и я, подыгрывая его показушной галантности, беру его под руку.

Уверена, что в своих мыслях он сейчас не стесняется в выражениях, потому что не получил повода распустить руки. Вопрос в том, как долго он будет терпеть, прежде чем вспомнит, что бить меня можно и просто так, только за то, что у меня недостаточно аккуратная прическа или не тот цвет помады.

К счастью, внутри мне не приходится долго терпеть его компанию - тот самый пожилой мужчина, которому Олег отвесил поклон на крыльце, утаскивает его для важного разговора, а я бреду по залу в поисках укромного места, где меня снова не найдет Марина. После всех этих новостей последнее, что мне нужно – снова выслушать тупые истории из нелегкой жизни безработной жены олигарха.

Когда, наконец, нахожу небольшой уступ за пышным зеленым уголком и уверенно направляю туда шаги, оказывается, что на этом празднике жизни не мне одной хочется побыть наедине. Даже почти не удивляюсь, когда замечаю там Сергея, коротающего время со стаканом чего-то крепкого. Когда замечает меня, салютует и снова наваливается плечом на стену, лениво поглядывая в сторону зала. Кстати, его путницу я среди гостей тоже не видела.

— Не возражаешь? - спрашиваю для вида, потому что уже пристраиваю зад на маленькую кожаную скамеечку у противоположной стены.

Сажусь, со вздохом облегчения вынимаю ступни из туфель и растираю затекшие икры. Несколько часов на каблуках - это пытка, но она не идет ни в какое сравнение с зудящей в голове мыслью - Меркурий жив… женился… и у него теперь ребенок.

— Не думал, что ты к нему вернешься. - Сергей первым нарушает наше молчание.

Я даже не тружусь как-то на это реагировать. Даже бывшие и потрепанные друзья Олега все равно остаются его друзьям. Вполне возможно что-то из того, что я сейчас скажу, они потом обсудят за примирительной попойкой?