- Что случилось? – спросила Анна и решилась выйти наружу, однако сразу же провалилась в глубокий снег, а её лицо обдала волна холодного ветра, к тому же мокрого от кружащегося снега.

- Мы сбились с дороги, мадам, - сообщил Чедвик, вытаскивая её из сугроба.

- И что же делать? Мы заночуем здесь? – Анна встревоженно переводила взгляд с Джона на ямщика.

Её вовсе не обрадовала перспектива заночевать в тайге на морозе, в метель. К тому же она опасалась разбойников, о которых их предупредили на предыдущей станции.

- Не извольте беспокоиться, сударыня! – отозвался ямщик, - Тут рядом по моим прикидкам есть зимовье. Ежели немного в сторону двинем, то непременно выйдем к нему и заночуем под крышей.

- Он, пожалуй, прав, - согласился Чедвик, - Залезайте в повозку, Анна Александровна, я сяду с ним.

- Но как же мы сдвинемся, ведь метель? Я едва вижу вас, - Анна встревоженно всматривалась в облепленное снегом лицо Чедвика.

- Не волнуйтесь! Лошади сами выведут нас к жилью…

Он успокаивал её, но Анна понимала, что он и сам встревожен, однако ей не хотелось разыгрывать капризную даму, какой она и не была, тем более, что иного выхода у них, кроме как отыскать зимовье, всё равно не было. Поэтому она позволила ему вновь устроить её в карете. Закутавшись, как только можно, стала прислушиваться к происходящему снаружи.

К счастью, ямщик оказался прав – вскоре они вышли к зимовью дровосека. Выглянув сквозь щель в пологе, Анна даже сквозь метель рассмотрела свет в небольшом оконце.

Когда они зашли в избёнку, то увидели там ещё пятерых постояльцев, это были бородатые мужики, в добротных полушубках, по виду – местные купцы, и одна женщина с рябым скуластым лицом, в дохе***и пёстрой шали, видимо, жена одного из мужчин, так решила Анна.

- Барышня, садитесь к печке, - любезно предложила она и указала на место около себя прямо на полу.

Бросив плед, Анна послушно опустилась на него и протянула руки к теплу. Неподалеку на скамье сидел старик, весьма благообразного вида, с голубыми лучистыми глазами и пышной седой бородой. Было в нём что-то нездешнее, но что именно – Анна понять не могла, и решила, что видимо он из староверов, они уже встречались ей в пути, немногословные, державшиеся всегда отстранённо, впрочем, лишённые какой бы то ни было угрюмости, столь частой на лицах сибиряков.

Ночь пролетала быстро, ещё затемно в избе началось оживление. Чедвик пошёл куда-то с кучером. Анна продолжала сидеть у остывающей уже печи, жадно впитывая последние остатки тепла. Впереди их ждала непогода, завывания вьюги было хорошо слышно.