В ответ звонко рассмеялись и веселый голосок что-то негромко уточнил.

- Маша! Конечно, Маша! – исправился первый голос. – Так и сказал, тебе послышалось просто. Не бойся, мы с Витьком – нормальные мужики, без забубонов. И медосмотр недавно проходили. Наташа, ты водку пьешь?

Ответом опять был заливистый женский смех. Автомобиль развернулся и укатил восвояси.

- И, слава Богу, что все хорошо! – Ромка поднялся на ноги и улыбнулся. – И второе тоже хорошо. Достали шалавы, чего-то другого охота. Похоже, я после тайги поменялся, а привычки еще старые остались. Оно и заносит в разные стороны. Не только с тобой, во многих вещах сам себе удивляюсь. Но с тобой заметнее всего.

- Ром, смотри, звезда упала! – воскликнула Женька, заметив перечеркнувшую небо яркую линию. – А я желание загадать не успела.

- Метеоритные дожди, - согласился он, проследив за ее взглядом. – Конец июля – начало августа – самый сезон. Не волнуйся, сейчас еще упадут, загадаешь все, что хочешь.

Он сел рядом, обнял Женьку. Лежак опять скрипнул – жалобно так, обреченно.

- Иди сюда! – прошептал Ромка на ухо. - Покажу южные созвездия, которые из Москвы не видно.

Женька подвинулась ближе к Ромке.

Раздался громкий треск. Одна из ножек лежака хрустнула, и он, взбрыкнув, словно норовистый жеребец, сбросил с себя парочку.

Перед глазами мелькнул ночной пляж, белесая кромка моря, и Женька с размаха уткнулась в Ромкино плечо.

- Женек, не ударилась?

- Вы были правы, кэп! – радостно прошептала она. – Действительно упали! Нет, я же на тебя шлепнулась! Но желание опять не загадала.

- Засада! - улыбнулся Ромка. – Придется загадать за тебя. То есть угадать…

И потянулся к ее губам:

- Угадал?

Женька в знак согласия закрыла глаза.

Несколько минут они самозабвенно целовались. Женька соскользнула с Ромки на гальку – так было удобнее. Пляж за день прогрелся настолько, что камешки до сих пор хранили тепло. Ромкины губы были жаркими и настойчивыми. Вкусными до невозможности. И такими долгожданными.

Море шумело возле самого уха, и звезды летели вниз горстями, будто весь небосвод желал рассыпаться сказочным фейерверком.

- Наконец-то дорвался! - горячо шептал Ромка, прижимая Женьку к себе. – Мой брусничный цвет! Два дня не пробовал на вкус, реально чуть не чокнулся.