Суденышко мягко скользило по бархату воды: без шума, без всплесков – был полный штиль и Ромка оказался опытным гребцом.

Солнце почти полностью скрылось за горизонтом, и его последние лучи придавали летним сумеркам нежно-розовый оттенок. Розовыми казались борта лодки, хитрые мордашки Тянитолкая, бывшая изначально белой Женькина футболка. Да что там – весь мир виделся сейчас исключительно в розовом цвете!

Женька сидела в лодке напротив Ромки и смотрела на него восторженными глазами:

- Ром… Где ты взял это чудо?!

- Как где? В детском лагере, естественно. Еще на празднике Нептуна на Тянитолкая показывал, а ты без эмоций. Наклонился – действительно, с твоего места его за сеткой не было видно. Тогда и решил – тем лучше, будет сюрприз.

- Сюрприз удался… - растроганно призналась Женька. - Чувствую себя Ассолью, встретившей бриг с алыми парусами. Если бы кто-то сказал, что в реальной жизни существует такая романтика – не поверила бы ни за что!

- Сусанина, шоколадный эклер будешь? – довольно улыбнулся Ромка. – Специально захватил для тебя в буфете. Или после шашлыков уже?

- Не, давай прямо сейчас! – воодушевилась Женька. – У тети Кати великолепная кондитерка. А шашлыки пока еще пожарятся.

Ромка нагнулся, вытащил из спортивной сумки пакет с пирожными и протянул подруге:

- Все верно. Теть Катя кондитер высшего разряда, поэтому и пирожные у нее на высоте. Всегда нужно обращаться по адресу: за кондитеркой к кондитеру, а за романтикой – к Роману.

- Логично! – рассмеялась Женька, выудила из пакета эклер и с наслаждением откусила: - Обалденно! И кондитерка, и романтика! И…

Глава 42. Ночь между седьмым и восьмым днем. Страшилки у костра

Глава 42. Ночь между седьмым и восьмым днем. Страшилки у костра

«Затерянный мир» оказался удивительным местом.

Небольшой пятачок песчаного пляжа с трех сторон обступали отвесные скалы. С четвертой стороны было море – ласковое и покорное.

Но Женька оглянулась на отшлифованные до блеска склоны и не стала обольщаться: явно в шторм полоска суши полностью заливается водой, и волны яростно набрасываются на скалы, обтачивая их до идеальной гладкости.

Поражала тишина – полная и всеобъемлющая. Ни голосов, ни отдаленных звуков музыки, ни даже птичьего гомона. Ничего. Лишь едва уловимый шепот моря – доверительный и откровенный.

Женька уселась на берегу и погрузила ладони в воду. Волна подползла к берегу, а потом отхлынула, засасывая руки в песчаный водоворот. Удивительное ощущение – немного щекотно, но так расслабляюще…

Ромка тем временем развел костер, уложил вокруг него принесенные из лодки карематы, сверху накрыл одеялами.