Талина лежала на кровати, уставившись в потолок, она хотела исчезнуть. Раствориться в воздухе, стать воздухом. Перестать чувствовать и мыслить. Тяжесть на сердце лишала сил, вынуждая оставаться на кровати. Графине хотелось умереть, пока не прозвучал до боли знакомый голос:

— Вот мы и снова встретились.

Приподнявшись на локтях, девушка увидела ту, что стала причиной её горестей. В дверном проёме стояла Арина. На ней было простое платье, а плечи прикрывала цветастая шаль.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Талина, не веря своим глазам. Первым её порывом было кинуться на девушку, но учитывая стражника за её спиной, делать этого не стоило.

— Да так, пришла посмотреть. — процедила бывшая служанка, скрестив руки на груди. Повернувшись к мужчине, она мягко ему улыбнулась, — Мартин, оставь нас пожалуйста. Хочу поговорить с Графиней наедине.

— Только если бить будешь, старайся так что бы не видно было. Не хочу что бы мне из-за тебя влетело.

— Как скажешь.

В широкую ладонь перекочевал достаточно крупный камень, в котором Талина узнала часть своего рубинового гарнитура. Оставив поднос на полу, стражник покинул комнату, закрыв за собой дверь.

— Вижу ты нашла применение моим украшениям.

— Да, я всегда считала что лучше смогу распорядиться таким богатством. — пожала плечами Арина.

— Раздавая драгоценности головорезам?

— Чем-то же нужно платить за жизнь и её маленькие радости.

— Значит видеть меня для тебя радость? Как печально. — саркастично заметила девушка поднявшись.

— Видеть тебя запертой в этой маленькой коморке для меня настоящее блаженство.

— За что? — неожиданно для себя выпалила Талина, поддавшись порыву. Этим вопросом она задавалась в последнее время часто. Роберт мог принудить её к этой связи, в его руках была власть сделать и не такое, но нападение доказывало, что Арина сама хотела занять её место.

— Ты ещё смеешь спрашивать?

— Да, смею! Ты спала с моим мужем, пыталась занять моё место, зачем?

Подняв голову вверх, девушка тяжело вздохнула, и по напряжению в теле было видно, что она старается сдержаться. Направив полный злости взгляд на Графиню, она улыбнулась приподняв только один уголок губ, из-за чего лицо приобрело зловещие черты.

— Затем что ты недостойна своего места! Ах, бедняжка, вышла замуж по расчёту, а хотела по любви. Знала бы ты, насколько противно прислуживать такой лицемерной гадине. Да у меня при одном взгляде на тебя нутро выворачивает.

— Я не понимаю.