Прикусывая нижнюю губу, Сладкова отметила, что сейчас, в качестве чемпиона, он смотрелся жестче, чем привыкла видеть его она. Под ногами Егора словно земля дрожала. Он был устрашающе напряженным. И одновременно ошеломляюще хладнокровным. Это сочетание демонстрировало окружающим звериную натуру Аравина. Мощную. Ожесточенную. Беспощадную.
Перед тем, как подняться на ринг, он нашел Стасю глазами и, вызывая немое недоумение публики, притиснул правую перчатку к сердцу. Девушка повторила его движение, касаясь кулаком своей груди и следом за этим отправляя изящный воздушный поцелуй.
Это был второй захватывающий момент того вечера. Потому что первым стал выход Аравина.
Пока конферансье объявлял выход Андрея Труханова, Сладкова сидела, словно в трансе, из которого ее вывел присевший рядом Прохоров. Он простецки ухмыльнулся и, залихватски хватая ее руку, поцеловал выступающие под тонкой кожей костяшки. Пристроив Стасину ладонь у отворотов своей олимпийки, заговорил, перекрикивая шум:
– Улыбайся, принцесса. Демонстрируй свою силу гладиатору.
– А если ее нет?
– Куда ж она делась? Или мне стоит включить сингл «Рокки»? – продемонстрировал подготовленные наушники. – Что скажешь, Настька?
– Нет, давай без «Рокки» сегодня. В другой раз.
– Ну же, подари улыбку своему гладиатору, – снова попросил Димка, продолжая легонько сжимать ее руку. – Знаешь… Иногда даже самым сильным нужно быть кем-то любимыми.
Стася смерила Прохорова долгим взглядом.
– Спасибо, Дима, – вымученно поблагодарила она.
Он кивнул и медленно опустил захваченную ранее ладонь ей на колени.
Фокусируя своей внимание на ринге, Сладкова встретилась взглядом с Егором и, превозмогая себя, улыбнулась.
Лишь благодаря одному ее присутствию Аравин ощущал отличительную ответственность. Чувствовал в себе необузданную силу. Стремление быть выше, лучше, достойнее. Ради нее. Для нее.
Динамит поднялся на ринг по-королевски. Демонстративно раздувая мышцы и посылая Аравину убийственные взгляды.
Никто не сомневался в том, что бой начнется активно. Невооруженным глазом отмечалось, насколько боксеры агрессивно настроены. Только и ждали стартового гонга, словно два хищника, готовых сражаться за территорию. Они создавали вокруг себя такое мощное силовое поле, что толпа чувствовала отклик их энергетики в собственных грудных клетках.