— Стерва, — пробормотала она. — А что в итоге было-то?

— Она запрограммировала ключ-карту и отвела меня в твою комнату искать коробки. Лэйн пыталась меня поцеловать. Без шуток, просто повисла на мне.

— Ты поцеловал её? — спросила она, замерев.

— Нет, — возмутился я. Дарби вновь принялась помешивать. — Я собирался уйти, но она схватила меня. Я кое-как отлепил её от себя и вышел в коридор спиной вперёд. Она двинулась за мной, почти вплотную. Андер оказался в коридоре. Он увидел, как мы выходим из номера. Это выглядело хуже некуда, Дарби, признаюсь сразу. Но ничего не было, клянусь.

Она молчала. Молчание Дарби пугало меня до чёртиков, но я ждал, дав ей возможность обдумать сказанное.

— Она красотка, — тихо заметила Дарби. — К тому же, не беременная.

— Я не влюблён в неё, — сказал я, обвив Дарби руками и целуя её в шею. — Мне плевать, какая она. Может, она и не уродина, но психопатка она конченная.

— С ней надо быть настороже, — рассмеялась Дарби, тряся головой. — Я не позволю ей испортить этот день. Разберусь с ней позже.

— Не беспокойся из-за неё. Она этого не стоит.

— Верно.

Я нежно сжал Дарби в объятиях, коснувшись губами её щеки. Она прильнула ко мне, напомнив мне о том, как я в первый раз поцеловал её в вестибюле гостиницы. Казалось, с тех пор прошла целая вечность. Теперь у нас общий дом и ребёнок на подходе. У меня есть всё, о чём я мечтал, и эта мысль пугала меня, ведь когда у меня ничего не было, то и терять было нечего.

— Как работа? — спросила Дарби, помешивая начинку для пирога. Десерт только начал закипать.

— Это наш первый вечер в новом доме и наш первый совместный День благодарения, так что ты вправе отказаться, если хочешь… но Наоми пригласила всех к себе на коктейль после ужина.

— Звучит заманчиво, — улыбнулась Дарби.

— Она также хочет куда-нибудь выбраться вечером. Я вызвался быть трезвым водителем.

— Меня ждёт работа, — нахмурилась Дарби. — И как теперь смотреть на Лэйн, когда меня так и подмывает врезать ей? Поверить не могу, что она пыталась поцеловать тебя! Вот ведь дрянь!

— Детка, — сказал я со смешком. — Не кипятись. Она того не стоит.

— Зато ты стоишь, — проворчала она.

— Оу! Никак, хочешь мою честь отстоять? Вот это по-нашему!

Дарби пыталась сдержать улыбку, но не смогла.