— Сам схожу, — очень мужским движением он обнял за талию и притянул ближе. — Не хочу, чтобы тебя здесь кто-то видел. Ты моя, Лили. Только я имею на тебя право смотреть. И буду делать это долго, всю ночь буду на тебя смотреть…

Я опустила взгляд от смущения. Столько огня было в словах. Перед глазами оказалась мускулистая грудь с моим вырезанным именем. Он еще не остыл после драки. Мышцы напрягались от любого прикосновения, как у взбешенного льва.

— Ты на взводе…

— Не представляешь как… Иди сюда, — он подвел меня к черной кровати и усадил в мягкие простыни. — Не бойся, чего ты сжалась?

Я и сама не понимала, почему так скованно себя чувствую.

Зверь сел рядом.

Взгляд был прикован ко мне. Одержимый, немного безумный, но, черт возьми, как он должен выглядеть после того, что сейчас сделал? Он перебирал в моих немытых, спутанных волосах.

— Я хочу, чтобы ты осталась, Лили… — тяжело прошептал он. — Стала здесь хозяйкой. Моей драгоценностью. Принцессой… — он перехватил мою руку и прижал к своей груди напротив сердца, давая почувствовать неровность шрамов. — Моей женой, если хочешь…

Если бы он предложил это раньше.

Когда я еще не была изранена, могла любить. Я провела пальцами по здоровой стороне лица, по острой скуле и впалой щеке, задевая кончиками пальцев начавшую отрастать щетину.

Я так была в него влюблена.

Только о нем думала. Мечтала о нем.

Каким бы он ни был. Несмотря на репутацию и его пороки. В него было трудно не влюбиться: мне — девушке, которая впервые досыта с его рук поела. Я вздохнула, и оперлась лбом на горячее плечо. По щекам потекли жгучие, как соляная кислота, слезы.

Я так мечтала попасть домой…

Сходила с ума от одиночества и страха, когда Руслан меня похитил. Потом подыхала от боли в маминой квартире, когда все случилось. Пока Зверь не принес меня сюда.

— Тише, принцесса… — он гладил мои волосы, пока я задыхалась от слез.

Я стала гладить его в ответ: лицо, слипшиеся волосы, груди в шрамах от моего имени. Не понимаю… Во мне нет ничего такого. Я даже не особенно красива по сравнению с девушками, с которыми он спал. Как и его брат, в этом городе он мог получить любую. Любую красотку, актрису, модель, дочь мэра — любой каприз… Зачем я ему?

Я гладила рубцы на груди.

Зачем он это сделал?

Руслан не любил меня, но хотел от меня ребенка. Возможно, того же хочет Зверь — обыграть брата, самому прибрать к рукам империю Девин, сделать то, чего хотели они все… Но для этого не нужно было вырезать на коже мое имя.