Зверь красноречиво молчал.

— Да я бы никогда этого не сделала. Поклянусь, чем захочешь. Как будто я не знаю, что за это будет… Ты бы меня собакам своим скормил.

Она называла его на «ты» и говорила совершенно без страха. Помню, ее раньше от одного его вида трясло, и язык начинал заплетаться. Вот это перемены… Хотя меня год здесь не было, за это время многое могло измениться: она могла замещать отсутствующую Ирину. Лечить Зверя. Да мало ли.

— Я могу допросить тебя под пытками.

— Можешь, — согласилась она. — Ответ останется тем же. Зачем мне это делать? Лилия — моя подруга. Я хорошо здесь зарабатываю. Проверь мои счета, обыщи мой дом. Да если бы это сделала я, ушла бы из клуба хотя бы из безопасности, а я осталась.

Я не узнавала подругу — такая выдержка. Либо она действительно невиновна и предана Зверю. Как хотелось в это верить…

— Значит, это Ирина? — прямо спросил Зверь.

Вика облизала губы.

— Не знаю, — в глазах появилась неуверенность впервые с разговора. — Кто об этом сказал?

— Диана. И ты сама должна понять, без врача они бы не справились.

Она отвела глаза.

— Ты прав… Прав. А где взяли лекарства? В клуб абортивные не поставляют.

— На черном рынке.

— Так допроси того, кто продал, — резонно предложила она. — Ира, я все-таки… не знаю… не верю. Боже, она же любила Руслана. Зачем с ним так поступать, это был его ребенок…

— Это правда не ты? — подала я голос.

Вика взглянула на меня.

— Клянусь, Лили! Если бы я знала, я бы это в секрете держать не стала бы. Рассказала бы обязательно.

Пожалуй, самый главный аргумент «за» — она все еще здесь, а не сбежала.

— А знаешь… — вспомнила я. — Ирина пыталась меня завербовать. Когда я жила с Русланом, она хотела, чтобы я на него доносила. Говорила, что обязана ему. И тебе тоже.

Я замолчала — обсуждать это при Вике не стоило. Да и так все ясно. Ирина покинула «Авалон», якобы, ушла вслед за Русланом, но так ли это на самом деле или она уже далеко от города, никому не известно.