– Галина Владимировна, – голос Руслана почти застает меня врасплох.

Он произносит имя моей матери таким тоном, которым пятнадцать минут назад вел разговор с главой МВД города – твердым и максимально уверенным. От этого у меня по затылку бегут мурашки.

– Я думаю, Оля в состоянии самостоятельно решить, как ей отпраздновать свой юбилей. В следующий раз, перед тем как приглашать гостей, уточните ее планы, а в этот раз вопрос решен. Родственники поймут, они у вас все хорошие люди.

Заталкиваю в рюкзак одежду сына, не торопясь повернуть голову и посмотреть на Руслана. Эхо от его голоса рассеивается в воздухе, оставляя после себя тишину и Мишанины кряхтения, пока он воюет со своими ботинками.

Мать молчит достаточно долго, чтобы я подняла на нее глаза.

Расправив фартук, говорит:

– Спасибо на добром слове, конечно, но у нас есть семейные традиции. Это счастье, когда все родственники живы и здоровы, и можно пригласить их в гости. Тем более, когда единственной дочери исполняется тридцать лет.

– Не вижу смысла продолжать спор, – отвечает Чернышов. – Как я и сказал, родственники поймут. В крайнем случае их можно пригласить отдельно. Я уверен, вы разберетесь, что с ними делать.

– Конечно, разберусь… – улыбается ему стоически.

– Супер, – кивает он. – Тогда увидимся в ресторане.

Отдав Мише его куртку, встаю на ноги и оставляю на щеке матери поцелуй, сказав “пока”.

Руслан толкает рукой дверь, пропуская нас вперед.

Повернув голову, смотрю в его глаза, и в ярком дневном свете они такого же цвета, как сегодняшнее небо.

– Мам? – зовет меня сын. – Тебе тридцать лет?

Глава 55

Глава 55

Наши дни. Оля

Мой возраст занимает его всего на пару секунд. Достаточно, чтобы информация осела в голове и всплыла оттуда тогда, когда меньше всего этого ждешь.

Глядя на затылок Руслана, жду, пока он откроет для нас калитку и выпустит со двора.