Яна прокручивала в голове варианты объяснений с мальчишками. Например, она могла бы сказать, что наврала про маму, пошутила или что они не так поняли. Но сама понимала, что объяснения прозвучат нелепо. Там, когда она всерьез боялась умереть, сказать правду показалось правильным решением. Никогда еще она не была так близка к той воображаемой Яне, которой завидовала всю свою жизнь. Теперь же, когда опасность миновала, храбрость и безрассудство Яну оставили.

Волков молчал и не смотрел в ее сторону, хотя на лестнице именно он несколько раз не дал ей упасть. Роман, наоборот, то и дело бросал на нее взгляды, но Яна не знала, о чем он думает.

Когда пожарные наконец вывели их из здания, Яна попыталась отыскать взглядом ярко-рыжую шевелюру мамы, но той не было видно. Их встретил бледный Лев Константинович. Мальчишек он обнял, у Яны же просто спросил, как она себя чувствует, и в этот момент ей стало так обидно, что едва удалось сдержать слезы. Мама бросила ее. Вот так просто. Оставила с людьми, которым до Яны нет никакого дела. Как не было дела ее отцу.

В полиции плакать захотелось еще сильнее, потому что впервые в жизни Яна оказалась в безвыходной ситуации. Мама просила ничего не рассказывать, уверяла, что записей с камер видеонаблюдения, на которых Яна подкладывает буклет или же моет чайник, нет. Но могла ли Яна теперь ей верить?

Романа и Диму допросили первыми, и это не заняло много времени. А потом в кабинет пригласили ее.

Лев Константинович, присутствовавший на допросе мальчишек, вновь вошел в кабинет вместе с Яной.

— Пал Сергеич, я послушаю? — обратился он к мужчине в форме, который встречал их в коридоре отделения полчаса назад.

— Да послушай, Лёвушка, послушай.

Услышав такое обращение к боссу, Яна немного воспрянула духом. Видимо, эти двое были хорошо знакомы. Однако облегчение быстро испарилось. С чего она взяла, что босс будет на ее стороне?

— Итак, Полозова Яна Вадимовна. Все верно?

Яна кивнула. На столе перед следователем лежала копия ее паспорта. Яна сперва удивилась, а потом сообразила, что у босса есть копии ее документов. И ее, и маминых.

— А расскажите мне, Яна Вадимовна, как вы оказались запертыми в коридоре?

— Я… — начала Яна и сглотнула, потому что в пересохшем горле нещадно драло. Врачу из скорой помощи она сказала, что с ней все хорошо, но, кажется, погорячилась. У нее невыносимо кружилась голова. Впрочем, так бывало от страха. Врач бы тут вряд ли помог. — Мне позвонил Дима и сказал, что они меня там ждут. И что не могут выйти. Я взяла магнитный ключ и открыла коридор, но замок потом заблокировался. Во время пожарной тревоги у нас блокируют все двери.