Я парила на облаке оптимизма. Вплоть до того момента, пока не потерялась на вечеринке в громадном особняке мужа на тысячу квадратных метров, пытаясь найти туалет. Вот тогда мой оптимизм разбился вдребезги. Все из-за приоткрытой двери.
Ее звали Мари Риччи.
Двадцать с лишним, типичная девушка по соседству.
Я знала о ней только потому, что она играла роль официантки во второсортном ужастике, который мне, к несчастью, довелось видеть.
Она была обычной, как ни крути, но ее сложно было не заметить, когда она стояла на коленях перед офисным креслом моего мужа, а его рука лежала на ее волосах.
В тот момент первые зачатки горечи проклюнулись в моей измученной душе – когда я смотрела на то, как моему новоиспеченному мужу в день нашей свадьбы отсасывает итальянская актриса.
Я прошла по коридору в своем платье, которое словно стало на двадцать килограммов тяжелее. Подумала о том, что у моего мужа отвратный вкус в половых партнерах, зато прекрасная библиотека. И впечатляющая коллекция виски. Я никогда не пила алкоголь больше глотка, папá мне этого не позволял, но даже я знала, что бутылка, из которой вытаскивала пробку, стоила больше, чем автомобили большинства людей. Папá всегда любил напитки, стоявшие на полках так высоко, что их туда, наверное, ставил сам Бог.
Я сделала глоток прямо из бутылки.
Некоторое время спустя я сидела за пианино, скрестив ноги, и играла колыбельную, которую помнила с уроков из детства. Я попыталась поднять полупустую бутылку к губам, но вместо этого упала со скамейки и ударилась головой об пол. Алкоголь растекся по узорчатому ковру.
– Ай, – пробормотала я, но потом поняла, что выпила столько, что даже не почувствовала боли, и рассмеялась.
– А говорят, что в браке счастье, – протянул глубокий голос.
Я подняла глаза на звук. Комната завертелась от этого движения, и я смогла разглядеть только высокий силуэт в черном костюме, стоящий в дверях.
Я закатила глаза и перевела их с незнакомца на крутящийся вентилятор.
– Звучите как… импрессионист.
Его это позабавило.
– Я думаю, ты хотела сказать
Я продолжала лежать в куче из пайеток, бантов и белого шифона.
– А твой муж знает, в каком состоянии его милая невеста-подросток?
Я бросила на него свирепый взгляд и тут же заморгала, потому что он внезапно раздвоился и закачался из стороны в сторону.