– Я знаю, что у тебя уже зреет дьявольский план, так что колись.

Черт. Всегда бесило то, насколько хорошо он меня знает.

Джианна проснулась и перевернулась на спину. Ее нежные карие глаза открылись и остановились на мне. Огонь в них отозвался в моей груди. Каждый раз, когда она смотрела на меня, моя решимость только росла. Я долго боролся с этим, ради нас обоих, но теперь она была моей. И она даже не представляла, как далеко я был готов зайти, чтобы она осталась моей.

Я выдержал ее взгляд.

– Заставлю ее влюбиться в себя прежде, чем все испорчу. Тогда она не уйдет.

– Звучит как стокгольмский синдром, но мне нравится. Я что-нибудь придумаю с Сергеем. – Его голос тронула улыбка. – И если мне придется переспать с его дочерью, то так уж и быть.

Положив трубку, я перешел на английский.

– Я тебя разбудил?

– Да. – Она вздохнула и потянулась. – Но мне нравится слушать, как ты разговариваешь по телефону.

Наверное, мне бы следовало чувствовать себя виноватым за то, что строил планы против нее, но нет. Я наклонился вперед, сидя на ее дурацком розовом диване, и облокотился о колени.

– Почему?

– У тебя сексуальный голос. – Она зевнула.

Я улыбнулся. Она всегда была такой честной. Эта черта встречалась мне в людях редко – да и я сам не был таким, – но, может, поэтому она и казалась чем-то новым. Каждое произнесенное ею слово было искренним отображением частицы ее самой. И я хотел собрать их все.

Она покраснела.

– Извини, что уснула.

Я раздел ее и отлизал, только чтобы она заснула буквально через несколько секунд после того, как кончила. Честно говоря, готов был делать это до конца своих дней, даже зная, что ничего не получу взамен. Я так долго о ней мечтал, а реальность оказалась лучше любых фантазий.

– Давай я тебе отплачу?

Я задумчиво потер свой стояк сквозь трусы, оценивая предложение, но тут она зевнула, и ее веки снова потяжелели.

– Утром отплатишь.