Сердце вспомнило, как биться.

– О боже мой, – с облегчением выдохнула я. – Я думала, ты какой-нибудь маньяк-убийца.

Послышался тихий смешок.

– Ну, почти угадала.

Тридцатью кило одеяла оказалась его рука, а жаром был он сам, прижатый ко мне. Из окна не было видно солнца, но в комнате было светло. Он оставил открытой дверь ванной с включенным светом, как я делала каждую ночь. От такой заботы мое сердце сжалось в груди. Но теперь, когда я была не одна, казалось, что в комнате до неловкости светло.

Я сглотнула.

– Могу обойтись без света, если он мешает тебе спать. – Об одной мысли об этом я уже начала покрываться холодным потом.

– Мне не мешает.

Я была не уверена, верить ли ему, но тут же забыла об этом, почувствовав его стояк. В его горле раздался тихий стон, когда я поерзала и потерлась об него. Боже, этот мужчина был таким теплым и полуобнаженным, что от одного только ощущения его тела у меня уже сводило пальчики от удовольствия. Если бы я знала, что обниматься с Кристианом Аллистером будет так кайфово, залезла бы к нему в постель еще несколько лет назад, чисто ради этого.

Не удержавшись, я потерлась задницей о его эрекцию. Он схватил меня за бедро, и сначала я думала, что он меня остановит, но вместо этого он прижал меня к себе сильнее. Жар поднялся между моих ног и сгустился там, пока я качала бедрами под шелест простыней и звуки нашего дыхания.

Я перевернулась в его руках, и он перекатился на спину, дав себя оседлать. Провел руками по моим бедрам, глядя на мое обнаженное тело полуприкрытыми глазами.

Я опустила взгляд на его губы. Поверить не могла, что он никогда не целовал никого, кроме меня. Да к этому человеку стояла очередь желающих отсюда и до самого Китая, черт подери. Но должна была признать: тот факт, что я была единственной, а значит, его первым опытом, меня невероятно заводил.

Уверена, ему приходилось прикладывать усилия, чтобы не целовать тех женщин, с которыми он встречался. Ведь проще бы было сдаться и поцеловать, а значит, у него была какая-то серьезная мотивация. Я знала, что дело было не в микробах. Пару раз, находясь между моих ног, этот человек спускался и ниже, к отверстию, к которому я вообще никого раньше не подпускала, и я сомневалась, что это было ошибкой. Но что-то мне подсказывало, что, если я не буду аккуратна со своими вопросами, мне же будет хуже.

Я провела руками по его груди.

– А что ты делаешь для Бюро?

– То, что они мне прикажут.

– То есть… если они, скажем, прикажут тебе поджечь квартиру той старушки в конце коридора?..

– То я подожгу ее квартиру.