***

Полковник Джеймс Гордон Хантер, командующий 217-м авиационным полком стратегических бомбардировщиков США, матерый хищный волк, откинулся на спинку глубокого кожаного кресла, положил ноги на стол, взял чашку принесенного адъютантом кофе и глубоко задумался. Штурм противовоздушной обороны Ханоя – это не шуточная задача. Особенно после вмешательства русских.

Полковник отхлебнул кофе и еще раз посмотрел на карту, испещренную пометками. Нет, прямая атака не годилась. Даже под прикрытием, даже в сопровождении «Фантомов» и штурмовиков, они неминуемо должны понести тяжелые потери.

Правильнее был бы другой вариант. Полк должен наступать эшелонами. Первый эшелон занимается исключительно уничтожением противника. В этом случае половина полка будет связана боем, но половина все же сумеет прорваться.

– Дерьмо! – Полковник выругался, поставил пустую чашку на стол и толкнул ее каблуком. Чашка, как бильярдный шар, проехала по столу и остановилась на самом краю.

В этом случае вся слава, конечно, достанется этим проходимцам из Гонолулу. Полковник знал о намерении министерства обороны устроить Варфоломеевскую ночь в Ханое для устрашения русских. На Вьетнам собирались бросить сразу три полка стратегической авиации с Филиппин и Гавайев, а еще один, четвертый полк, должен прибыть в резерв из самих Штатов. Эти-то отсидятся в тылу или придут на все готовенькое. А его, Хантера, ребята, как всегда, должны первыми лезть в пекло.

Полковник еще раз выругался и встал. Все не то. Все не так. Ребята не должны гибнуть в этой дурацкой войне. Ханой защищает всего один полк, а на штурм пойдут сразу три, имея четвертый в резерве. И первые две эскадрильи вообще не возьмут никакой бомбовой нагрузки. Никакой. Только противозенитное оружие. Нагрузятся до предела «шрайками» и ракетами «воздух-земля». Будут стрелять по всему, что подает признаки жизни, сотрут в порошок этих вьетнамцев, а за ними пойдут самолеты с бомбовой нагрузкой. Так, как по плану уничтожения Москвы. Ханой все же не Москва. В Ханое живут обезьяны, не люди. Вьетнамцы.

Хотя какие там вьетнамцы! Он знал огневую мощь ПВО. Разве косоглазые умеют отстреливать новейшие истребители-бомбардировщики, как мишени в тире?

Полковник выдвинул ящик стола, порылся и вынул с самого дна две фотографии. На одной – худое высокомерное лицо с маленькими усиками. Шульц. На второй – круглолицый, типично русский мужичок. Даже нос картошкой. Рузаев. Тоже мне, вьетнамцы!

Полковник взял со стола фотографию Рузаева и повертел ее, разглядывая на свет. Затем щелкнул зажигалкой и поднес маленький синий огонек к уголку. Нервы шалят. Фотография вспыхнула странным зеленоватым пламенем, круглое лицо с крупным носом съежилось и сгорело. Полковник быстро сжал кулак и высыпал пепел на ковер.