Вьетнамец понял его слова по-своему.
– Ехай! – он начал грузить вещи и еду на рикшу. – Моя провожай!
Кашечкина схватили десятки рук, взгромоздили на рикшу и повезли. А толпа пошла следом, неся за ним циновку с частью не уместившихся вещей, напевая и приплясывая. Неожиданно в руках у кого-то появилась бамбуковая флейта, все задвигались под звуки музыки, придерживая рикшу, чтобы тот не увез Кашечкина слишком далеко.
Так весело, с песнями и плясками, они достигли дома Фан Ки Ну, на пороге которого уже сидели и курили братья, сестры, дети братьев, бабушки, дедушки и внуки. Фан Ки Ну сидела тут же и, увидев Кашечкина, подошла к нему и обняла его за шею.
– Здравствуй, – пробормотал Кашечкин.
– Здравствуй! Ты жив. Я рада тебе! – сказала Фан Ки Ну и прижалась щекой к его щеке.
Сопровождающие, поняв, кому предназначались подарки, радостно загалдели и потащили циновку к дому. Родственники, дети и бабушки вскочили, вцепились в циновку и начали расхватывать подарки. Поднялся невообразимый гвалт. И тут, к всеобщей радости, на крыльцо вышел Шульц, тоже, как и Кашечкин, в парадной форме.
Толпа гомонила. Шульц распоряжался. Уже на улице начали варить рис, раздались звуки оркестра. А Кашечкин закрыл дверь, припер ее столом и кинулся к Фан Ки Ну, жадно целуя ее губы. Она умело, покорно и ласково отвечала ему. Она гладила его по голове и расстегивала его рубашку. Кашечкин с наслаждением отдавался ее рукам и поцелуям. За окном звучала музыка. Он ласкал ее маленькие, как у подростка, груди и целовал их. Он весь напрягся, чувствуя ее податливое тело, чувствуя, что вот-вот…
В небе раздался грохот. Кашечкин услышал смягченный расстоянием гром стартового ускорителя ракеты, еще и еще один. Взрыв ракеты. Вой сирены.
В дверь застучали.
– Лейтенант Кашечкин! – раздался голос Шульца. – Тревога!
– Есть! – закричал Кашечкин, вскакивая, как был, без штанов.
Перед ним на коленях, с очаровательно приоткрытыми губами, с закрытыми глазами и распущенными волосами сидела обнаженная девушка, нежно обнимая его за ягодицы. А за спиной наступала американская армия, гремели взрывы. С визгом разбегались по улице музыканты.
– Есть тревога! – еще раз крикнул Кашечкин и, оттолкнув Фан Ки Ну, начал быстро одеваться. – Бегу, товарищ полковник!
Глава 24. Штурм Ханоя
Глава 24. Штурм Ханоя