— Что здесь происходит? ― резко спросила она. ― Это ты попросил его устроить весь этот цирк?

— Нам нужно поговорить, ― сказал вместо ответа, чувствуя, что всё ещё дико зол.

— Я всё сказала. А если ты не понял ― перечитай заявление.

Развернулась, намереваясь уйти, но я ей не позволил.

— Как раз о нем и пойдет речь, ― преградил ей дорогу, встав прямо перед стеклянными дверьми, ― я не подпишу.

— Что?

— Что слышала, Эбигейл! Я не подпишу это чертово заявление!

В холле повисла тишина. Сцену с орущим начальником, который несется почти пятьдесят этажей вниз лишь для того, чтобы отказаться подписывать заявление на увольнение своего работника, увидишь не часто. А точнее ― вряд ли увидишь вообще.

— Ты не можешь не подписать! ― закричала она. ― У тебя нет веских причин!

— О, нет, ― ухмыльнулся, начиная терять над собой контроль, ― это я как раз―таки очень даже могу! И для этого мне совсем не нужна причина!

— Я не собираюсь играть в твои игры, ― произнесла Эбби, отталкивая меня со своего пути. Я схватил её за плечи и без труда отодвинул. Легко и непринужденно, словно она была куклой. ― Что ты делаешь?! У тебя нет права хватать меня!!

— Думаю, что после той ночи оно у меня появилось, ― хрипло произнес, заставляя её застыть.

Эбби не мигала, и мне показалось, что я заметил промелькнувшую в её глазах боль.

Но всего на долю секунды.

— Я не собираюсь говорить об этом при всех, ― её холодный безразличный тон ещё больше выводил из равновесия.

— Все вон! ― заорал, заставляя сотрудников в страхе замереть, а Эбби ― в изумлении поднять голову. ― Я сказал вон!!! Выметайтесь отсюда!!! ― когда все выбежали из холла, спотыкаясь и желая поскорее исчезнуть, я вновь обратился к ней: ― Теперь мы, наконец, можем всё обсудить?

Держал себя в руках из последних сил. Не отрывая от неё взгляда, и всё это время сжимая её уже такие знакомые плечи. Я чувствовал, как она дрожала. Чувствовал каждым нервным окончанием. И смотрел на неё, мысленно молясь лишь об одном ― чтобы причиной этой дрожи был не страх.

— Отпусти меня, ― одними губами прошептала она, вынуждая меня разжать пальцы. Она тут же отступила, и я ощутил, как острое лезвие вонзилось в грудь.