Женщина за столом была уполномоченным по правам ребенка и состояла в службе защиты детей. Своей внешностью: короткими светлыми волосами и синими глазами, на первый взгляд казалась милой и понимающей, но тот, кто хотя бы однажды видел её в работе, знал её как железную леди с волевым характером и непоколебимостью в решениях.

И ничего в эти самые моменты я не боялась сильнее, чем услышать её вердикт.

— Страховка в порядке, ― наконец, произнесла она, ― счета находятся в пределах нормы. Что насчет справки от работодателя?

Когда Одетт сложила перед собой руки, сосредоточив на мне взгляд, я затаила дыхание. Здесь я могла бы солгать, но как известно, ложь никогда не кончалась ничем хорошим. Особенно, когда ты лгал человеку, в руках которого находилось твоё будущее.

— Миссис Харрис… ― взяла себя в руки и продолжила, ― …дело в том, что я временно не работаю, ― светлые брови поднялись, и я поспешила исправиться. ― Точнее, я уволилась. Вчера. По некоторым личным обстоятельствам. Но уже активно ищу новую работу! И почти её нашла!

Она долго и внимательно смотрела на меня, а затем не спеша сняла очки.

— Скажу честно, мисс Дэвис, мне никогда не нравилась ваша ночная работа. Но, несмотря на её многочисленные минусы, я видела в ней два основных плюса: первый ― заведение слыло хорошей репутацией и второй ― благодаря ему вы имели стабильный доход. ― я незаметно облизнула нижнюю губу, чувствуя, как во рту начинает пересыхать. ― И теперь, когда оба плюса я могу считать исчерпывающими, мне не остается ничего другого, как выразить вам свои сожаления.

— Что? ― сердце сжалось от страха, и я инстинктивно вцепилась пальцами в подлокотники. ― Что вы имеете в виду?

— Отдавая ребенка в приемную семью, я должна быть уверена, что у него будет достойное будущее. Особенно, это касается Адель. Эта девочка пережила слишком многое для своего юного возраста, и я не хочу, чтобы в дальнейшем существовал хотя бы малейший шанс на то, что всё может повториться.

— Нет, ― отчаянно завертела головой, пытаясь сдержать слезы, ― нет―нет―нет, послушайте, прошу вас! Я найду работу, вот увидите, и она будет даже лучше, чем прежняя! ― подалась вперед, понимая, что глаза горят, как никогда. ― Я готова отдать за эту девочку жизнь, слышите? Готова умереть за неё. Я пойду на любую работу. На две, если это будет нужно. Я буду работать день и ночь, забуду про еду и сон, но сделаю всё, чтобы она ни в чем не нуждалась. Клянусь вам. Адель никогда не будет хорошо ни в одном другом доме. Она привязалась к нам. Она наша семья…

Одетт медленно положила очки на стол.