– Черт возьми, Перышко, – его голос звучал сердито, почти яростно, как будто давление молнии причиняло ему боль.

– Хочешь, чтобы я остановилась?

Глаза мужчины распахнулись, и он издал лающий смешок. Что на самом деле не было смехом, учитывая, насколько были напряжены его губы.

– Чего я хочу, так это чтобы ты кончила до того, как я испачкаю свои штаны.

Я покраснела.

– Ох.

Джаред покачал головой, по-видимому, удивленный тем, что девушка, додумавшаяся до петтинга, может покраснеть. Или, может быть, я переносила на него свою неуверенность, и он нисколько не удивился.

Пока наши бедра танцевали, его рот скользнул вниз по моему горлу, покусывая и посасывая каждую часть обнаженной кожи. Пьянящие ощущения кружились глубоко в моем животе. Это напоминало гром в палящие летние ночи или вспышки молнии, угрожающей спалить наш мир дотла.

Бедра задрожали, я закрыла глаза и покачнулась. И сила этого единственного, медленного удара разорвала меня пополам, выбивая имя Джареда из моих легких, размягчая мои кости, опаляя мою плоть. Сдавленное проклятие вырвалось у Джареда и эхом отразилось от стен, которые видели, как он вырос из невинного ребенка в порочного мужчину.

Но кто мог похвастаться невинностью на самом деле? Не Ева, которая всю свою жизнь принижала меня. Не Ашер, который несправедливо оценил грешника. Не Селеста с ее острым язычком и еще более острым умом. Не Тристан, который вырвал ногти у мужчины. И не я.

Больше нет.

Когда влажное тепло Джареда впиталось в кружево моего нижнего белья, наполнив воздух знойным мускусным ароматом, я поняла, что не потеряла ни перышка. Несмотря на все их правила и предписания, удовольствие не считалось грехом для моего вида. Я не могла определиться, чувствовать себя возмущенной из-за того, что меня кормили ложью с ложечки, или благодарной за то, что это все же не порок.

– Теперь ты можешь уничтожить мою душу, – медленно произнес Джаред, лениво поглаживая основание моего позвоночника пальцами.

Я пригладила его растрепанные волосы.

– Твоя душа в порядке, Джаред Адлер, но я не могу сказать то же самое о твоих штанах.

Он откинул голову назад, и темные, сияющие волны его смеха захлестнули мое сердце, разом разбивая его на части и усиливая каждый удар.

Глава 39

Глава 39

В ту ночь грань между неправильным и правильным еще больше стерлась. Приняв душ в своей спальне, Джаред в черном халате поверх пары черных облегающих трусов вернулся ко мне. Он запер дверь, затем бросил халат на костюмную вешалку.

Мягкий свет лампы в ванной подчеркивал солидный размах его плеч, рельефные мышцы бедер и темные завитки волос на груди, редкие на прессе, но более частые ниже пупка. Этот человек был шедевром из плоти и мускулов, измученный и мучительный. Он заметил, что я смотрю на него, но не придал этому значения, не спросил, увидела ли я что-то привлекательное. Вероятно, у него не было никаких сомнений в том, что я увидела что-то привлекательное – его.