– Мадемуазель Лей? – он протиснулся мимо оператора. – Джаред сказал, что вы ушли.

– Я никогда не уйду.

Кто-то похлопал меня по плечу, и я обернулась.

– Mon argent[71], – таксистка протянула руку.

– Я позабочусь об этом, – Амир отодвинул полицейское ограждение в сторону, чтобы я смогла проскользнуть внутрь, затем вытащил из кармана зеленую купюру и протянул ее женщине.

Это та девушка из оперы? Почему на ней гостиничные тапочки? Что с ней случилось? Вопросы посыпались со всех сторон. Повсюду сверкали вспышки фотоаппаратов. А когда они гасли, тьма вокруг казалась еще более плотной.

Амир накинул мне на плечи свою куртку, провожая меня к въездной арке. Несмотря на то, что ткань пахла по́том, я натянула ее на себя, благодарная за дополнительное тепло и прикрытие.

Сегодня вечером не было знакомого щелчка. Дверь просто поддалась, когда Амир прижал пальцы к лакированному дереву.

– Джаред сломал замок, – объяснил он, кости на его лице натянули кожу. – У мальчика было желание умереть с тех пор, как вы… как вы ушли.

Несмотря на то, что меня забрали из этого дома против воли, чувство вины захлестнуло меня.

– Я вернулась. Навсегда.

Я перешагнула через приподнятый порог, глядя на балкон Джареда. Я хотела выкрикнуть его имя, сказать ему, что я дома, но мой бешеный пульс перекрыл дыхание.

Я ускорила шаги, чуть не столкнувшись с телохранителем. Когда он проходил мимо, от его густой, жесткой бороды повеяло горьковатым, серным запахом – оружейный дым? Этот мужчина стрелял из оружия? Кто-то пытался причинить вред Джареду?

Охранник посмотрел на меня сверху вниз, и его глаза расширились так же, как у Амира. Я предположила, что сотрудники Джареда не особо верили в мое возвращение.

Проведя рукой по своей лысине, в которой отражался свет бра, он кивнул мне и поспешил пройти через двор. Вероятно, чтобы охранять двери, которые больше не могли защитить Джареда.

Я бросила взгляд на балкон. В доме все было спокойно, но я ускорилась. Я наконец смогла подчинить себе голос в клетчатом фойе.

– Джаред!

Дверь со щелчком открылась, и я приготовилась броситься в его объятия.

– Лей? – в сильно накрашенных глазах Мюриэль плескалось беспокойство. – Ma chérie! – в три быстрых шага женщина пересекла комнату, ее руки обхватили меня, прижимаясь к шрамам на моих плечах.