– Нет, для этого уже слишком поздно. – Свен наклонился, прикалывая иголки к ткани, сбившейся на моей талии. Он держал во рту еще несколько, пока говорил. – Кроме того, даже если бы я мог заполучить другую модель, я хочу ту, которая выглядит как настоящая женщина. Она того стоит. Поверь мне.

– Супермодели тоже настоящие женщины. На самом деле, женщины бывают всех форм и размеров, любого цвета кожи и роста, и ни одна из их физических характеристик не умаляет их женственности. – Нина подняла руку, будто спрашивая разрешения, пока оба рассматривали меня в созданном мной же произведении искусства.

– Аминь. – Я дала Нине пять, прежде чем сделать привычное вращение невесты перед зеркалом в полный рост, которое мы держали в студии в основном для ежедневной проверки внешности Свена. Все дизайнеры, стажеры и ассистенты собрались вокруг меня, чтобы посмотреть на платье. Багрянец окрасил мою шею и щеки, а кожа покрылась пятнами от смущения. Я не привыкла к тому, что все взоры обращены на меня.

– Ладно. Внесу поправку. Модель стоит того, потому что она выглядит так, будто рождена для этого платья, и меня не волнует, что она занята. А теперь, Мэдди, не могла бы ты сделать мне одолжение и выпрямить спину? Выглядишь так, словно собираешься спрятаться в этом платье.

Я сделала, как мне было сказано, проведя рукой по пышной ткани «Лунного цветка». Дизайн получил такое название в честь белого цветка, который, раскрываясь, напоминал закрученное длинное платье. Существовал еще один нюанс, заставивший меня настоять на этом названии – лунный цветок распускался только ночью, в темноте. Свен посоветовал назвать платье так, чтобы оно ассоциировалось со мной.

Ничто так не напоминало мне о себе, как цветение в объятиях тьмы.

Я потеряла мать в самый разгар своего неловкого перехода во взрослую жизнь. Оставшись под присмотром одного вдовствующего отца, который занимался спасением другого наследия моей покойной матери – ее цветочного магазина.

Я влюбилась в Чейза Блэка, когда его отец оказался на пороге смерти.

И полюбила себя, когда поняла, что достойна такого мужчины, как Чейз Блэк. Честно говоря, я достойна любого.

Закусив нижнюю губу, я смотрела в зеркало и думала обо всех женщинах, которые, как я надеюсь, пойдут к алтарю в этом платье. Затем о жизни, которую им предстоит провести со своими супругами после церемонии. Думала об их будущих детях. О положительных тестах на беременность. О продвижении по службе. Рождественских завтраках. Семейных каникулах. Целые жизни будут окутывать «Лунный цветок». Тысячи женщин посмотрят на это платье спустя годы, и для каждой из них оно будет символизировать что-то свое. Любовь. Надежду. Разбитое сердце. Осознание этого наполнило мое сердце трепетом.