Я обняла их обеих, будто каким-то образом могла удержать их. Я вдыхала их страдания и целовала их макушки, не уверенная, что имею на это право, но отчаянно желая даровать утешение.
Когда их прерывистое дыхание стихло, я отступила. Джулиан и Чейз стояли спиной ко мне в разных углах комнаты. Сначала я подошла к Джулиану. Он был бледен, как яйцо. В его глазах я заметила тот блеск одиночества, присущий человеку, который недавно потерял гораздо больше, чем просто отца. Я знала, что он переживает развод, и адаптация к новой реальности с Клементиной отнюдь не легкая прогулка на пикник. Осторожно, затаив дыхание, я положила руку ему на плечо и крепко сжала его. Джулиан поднял голову, и наши взгляды встретились, дюйм за дюймом, так медленно, что стало очевидно – он ждал какой-то конфронтации.
– Сожалею о твоей утрате, – сказала я.
– Ты не должна чувствовать ко мне ничего, кроме презрения. – Он склонил голову. – Но я ценю это.
– И я знаю, что сейчас, когда рваная рана еще свежа и кровоточит, мои слова ничего не значат, но я обещаю, что в будущем тебя ждут лучшие дни. В текущем моменте нужно просто держаться. – Я проигнорировала его замечания.
– Зачем ты это делаешь? – У него перехватило дыхание на вдохе. – Почему тебя это вообще волнует? Я вел себя с тобой ужасно.
– Да, – признала я, не в силах убрать руку с его плеча. – Ты раскрыл мою ложь и оценил меня в шесть баллов. Ты не проявлял ко мне доброты, но это не значит, что я должна идти тем же путем. Я нравлюсь себе такой, какая я есть. Шестерка, но с сердцем на десятку.
– Ты слышала нас тогда? – брат Чейза почти комично приподнял брови.
Я пожала плечами.
– Красота субъективна. – Сейчас не время и не место говорить об этом, но я чувствовала, что разговор занимает Джулиана, а в этом и заключалась суть борьбы с горем. Продолжать идти, разговаривать, делать привычные вещи.
– Я хотел взбесить Чейза, – вздохнул Джулиан. – На самом деле я не имел этого в виду. И для протокола – я это сделал. То есть разозлил его. Так что… – Его взгляд скользнул к окну, где стоял погруженный в размышления Чейз, все еще не замечая моего присутствия. – Делай из этого выводы.
Это означало лишь то, что Чейзу и Джулиану нравилось ненавидеть друг друга. Нельзя позволять себе верить в иное. Я перевела взгляд на Чейза. Он прижался лбом к окну, конденсат от его дыхания распространился по стеклу серым облаком. Потребность обнять этого темного дикого зверя разрывала меня на части.
– Иди. – Джулиан похлопал меня по плечу. – Ты ведь ради него пришла.
Я подошла к Чейзу. Положила руку ему на спину. Мое сердце сжалось в груди. Петляло. Скручивалось. Умоляло. Кричало: