– О чем вы? – удивленно спросил Уилл.

– Я с вами! Давно я не издевался над нашим цыпленком.

Услышав забытое детское прозвище, братья разразились громким хохотом.

– По долгу титула разделить ваше ребячество я, к сожалению, не могу. Но на правах старшего брата всячески поддерживаю стремление соблюсти обычаи предков, – светским тоном сказал Артур.

– Что за чушь вы несете? – Уилл с опаской смотрел на братьев, которые резко повставали со своих мест и окружили его стул.

Почувствовав неладное, парикмахер Уилла загодя отошел от принца.

– Братец, не бойся, мы просто немного освежим тебя перед церемонией. – Арон схватил его за руку, и они вчетвером сдернули Уилла со стула и понесли в холл, сопровождаемые возмущенными возгласами.

– Вы что творите? Ненормальные! Отпустите меня.

Братья Вейланд уверенно тащили жениха к фонтану, располагавшемуся в южном крыле Голдкасла.

– Видишь ли, Уилл, – начал Калеб, пытаясь перекричать смеющихся братьев и кричащего жениха. – У наших предков была традиция. Чтобы пылкий жених смог вытерпеть до первой брачной ночи, его окунали на рассвете в ледяную воду. Мы бы дотащили тебя до пруда, но, боюсь, на твои крики слетятся все гости дворца, так что обойдемся фонтаном.

– Вы с ума сошли! – Уилл старался вырваться из крепких рук, но его попытки были тщетны.

– Ну, Уилл, что ты там щебетал про самый счастливый день в жизни? – с издевкой поинтересовался Тристан.

Добравшись до фонтана, братья, не церемонясь, раскачали Уилла и швырнули в воду, точно мешок с мукой. Сквозь смех он выкрикивал гневные ругательства и пытался утереть лицо от воды.

– Аж настроение поднялось, – блаженно вздохнув, произнес Тристан и протянул руку Рэндаллу.

Усмехнувшись, Рэндалл пожал ему руку. Они стояли поодаль от Арона и Калеба, которые помогали насквозь промокшему брату выбраться из фонтана.

– Как поживает княжна Аврора? Я ведь даже не извинился за то, что раскрыл ей твой маленький секрет. – В голосе Тристана не было ни капли раскаяния. – Надеюсь, вы уладили все недоразумения?

– Не твоего ума дело, – холодно ответил Рэндалл.

Благодаря дурачеству с братьями он на некоторое время позабыл о своих тревогах, но Тристан одним предложением разворотил змеиное гнездо в его сердце.

– Понятно, северная княжна не только дерзкая и бойкая, но еще и недотрога, – сказал Тристан, наблюдая за реакцией брата. – Слушай, а ты с утра руки мыл? А то мало ли каким образом ты коротаешь одинокие ночи, а я тебе руку только что пожимал.

Рэндалл тяжело вздохнул и покачал головой: