Он добивает меня всего в пару касаний своего настойчивого языка, выталкивая из собственного тела, а едва я возвращаюсь обратно, на меня смотрят глаза дракона. Я почти вижу, как они светятся.

─ Прости, что сделаю тебе больно, ─ извиняется, словно заглянул в будущее на долю секунды, но я только головой мотаю, не способная больше ни на что.

Слышу, как шуршит упаковка презерватива, и нервная дрожь прокатывается по позвоночнику.

─ Всегда готов? ─ пробую пошутить, но Царёв сам напряжён, как взведённый арбалет.

─ Поговори мне ещё, ─ рычит, открывая пакетик зубами, и это так горячо, что невозможно не залипнуть, ─ сама будешь мне его надевать. Ртом, поняла?

Почему-то представить это не трудно. И, судя по глазам Яна, он тоже понимает, о чём мои мысли.

─ Развратная маленькая кошка, ─ улыбается уголком губ, накрывая меня своим телом, быстро избавившись от штанов. ─ Сегодня охрипнешь…

Целуемся уже неспешнее. Ян отвлекает меня новыми прикосновениями к груди, пока устраивается удобнее, и я ощущаю горячую пульсацию между ног. Его твёрдость скользит там, вновь и вновь проходясь по ещё слишком чувствительному бугорку плоти, а я жду боли.

─ Просто дыши, Миш, ─ произносит, легка мазнув по губам с своими, находит сосок и впивается в него с силой.

А потом приходит и боль, как откровение.

Острая, ни с чем несравнимая, она впивается в тело изнутри, но мой вскрик тонет в новом поцелуе, уносящем её прочь.

─ Прости.

─ Я тебя потом прибью за это, ─ пытаюсь расслабиться, пока он замирает, давая привыкнуть.

Смешок у него выходит нервным, и Ян начинает неспешно двигаться, помогая себе пальцами. Давит, трогает, уменьшая неприятные ощущения, но мне даже это нравится. Он во мне – внутри и снаружи, и я не хочу в этот момент думать о том, как это правильно или нет. Мы с ним будто выторговали у судьбы эту ночь, когда ничего плохого не происходит, ещё не зная, какие кошмары готовит завтрашний день.

Мы просто вместе…

Моё тело не принадлежит мне.

Царёв уже не нежничает, вторгаясь всё быстрее, и я начинаю чувствовать, как самые болезненные долгие секунды отступают, сменяясь минутами тянущего, немного мазохистского удовольствия.

Я, наконец, ловлю эти яркие вспышки, когда Ян раз за разом бьёт в одно и то же место, погружая нас обоих вникуда и всюду одновременно. Обоих трясёт, его мышцы в напряжении, а пот стекает градом, и я вижу, как ему непросто сдерживаться, но мой безумный гоблин делает всё, чтобы я осталась довольна.

Вновь пускает в ход пальцы, нажимает, скользит, и меня выкидывает куда-то прочь. Пока я переживаю самые странно-удивительные ощущения, Царёв догоняет меня парой быстрых, отрывистых движений, и я снова сжимаюсь на нём, срывая голос. Удивляясь. Сердце почти выпрыгивает наружу, но постепенно возвращается к привычному ритму, пока мы оба успокаиваемся сами.