— Дай Бог, дай Бог, — мама перекрестилась, а Антонина Григорьевна вновь о чём-то размышляла.

— Ярослав предполагает наличие опасности, — теперь серьёзно смотрел на жену. — Одной тебе лучше нигде не появляться.

Когда мамы ушли, девушка подняла на меня суровый и безжизненный взгляд.

— Это Лика, — процедила супруга и её губы вытянулись в ниточку ненависти.

— Зная её, не возьмусь исключать, — ответил в тон голоса. — Почему ты так думаешь?

— Савва сказал "Хи… а", — жена снова погрузилась в пережитое. — "Лика". Это она!

Обнадеживать или переубеждать её в чём-то не хотел. В этих словах есть доля правды и не маленькая, но нужны доказательства, и мы их найдём.

Спустя двое суток, Вика немного пришла в себя. Уже выходила в гостиную и съездила со мной до кондитерской.

Смотреть на пустующее место погибшего было невероятно скорбно. Я хоть и не долюбливал мужчину, как соперника, но никогда не желал ему такой смерти. Судя по словам Калина, Савва умирал несколько часов, сам неподозревая об этом, а потом кто-то просто ускорил процесс. И даже с ножом в груди, молодой человек скончался не сразу и был в сознании. Внутри от этих мыслей всё переворачивалось в ледяном ужасе.

Тело Саввы до сих пор находилось под следствием и родственникам его не выдавали. Родители молодого человека слали Вике смс-сообщения с угрозами и оскорблениями, отчего девушка в итоге разбила аппарат об стену.

На удивление, она больше не плакала и стойко сносила косые взоры коллег. Жена всячески старалась абстрагироваться от негатива и углубиться в работу. И на первый взгляд, выходило неплохо.

— Ты говорил следователю о Лике? — выравнивая торт, спросила девушка, пока я готовил салаты на витрину.

— Он знает о ней, — кивнул.

— И? — испытует зелено-карими глазами.

— Вик, мы дальше следствия не прыгнем. Ярослав…

— Ярослав, Ярослав, — девушка нервно отбросила палетку. — Заладил! Моя жизнь и ребёнка в чужих руках, а я ничего не могу сделать. Что-то предпринять. Помочь. Я просто сижу тут и питаю надежду, что завтра меня снова не запихнут в одиночку.

Пока она всё это высказывала, просто приблизился к ней и заключил в объятия, в очередной раз успокаивая и заверяя в хорошем исходе.

— Герман Юрьевич, — в цех заглянула бариста. — Тут к вам.

Вслед влетел тот, кого уж точно тут не ждали.