Желание сопротивления – очень важная черта характера. Она не позволяет другим поработить тебя психологически. Она может помочь идти только своим путём. Но сопротивляться себе бесполезно. Идти дальше Паркер предстоит вместе с Мэттью, потому что, помимо прочего, эту фамилию скоро станет носить её дочь. Брюнетка усмехнулась мыслям. Да и чего греха таить, Кэтлин Вуд – звучит неплохо. Когда-то за это словосочетание она готова была отдать половину жизни. Сейчас эту возможность предлагают без всяких условий, так почему она «должна» отказаться?

Паркер посмотрела на часы: половина шестого. Обед закончился несколько раньше, да и её нервозность не способствовала нормальной беседе. Встречаться в таком состоянии – наводить на родителей тревогу; никто не стал возражать, что она покинет родительский дом раньше обычного.

Кэт почувствовала появление Бейна. По тишине, внезапно образовавшейся в кафе на несколько секунд, лёгкому женскому шёпоту постоялиц с воздыханиями за соседним столиком. Ох уж эти молодые и талантливые, совсем скоро у одной из них появится шанс…

Она обернулась, сама на миг задержав дыхание. Паркер привыкла к его экзотической красоте, но вот сейчас готова была присвистнуть от восторга. Калама был безупречен.

В тёмно-синем, совершенно новом костюме с идеально отутюженными стрелками брюк, светло-голубой рубашке, с двумя расстегнутыми верхними пуговицам, и в чёрных, начищенных до блеска туфлях. Высокий, стройный, широкоплечий. Длинные тёмные волосы зачесаны назад, тёмно-карие влажные глаза сверкают на смуглом лице. Чувственные губы – не рельефные, чётко очерченные, как у Мэтта, а немного припухлые – приоткрыты в белозубой улыбке, в руках огромный букет красных роз.

Брюнетка горько вздохнула: всё бесполезно, даже сейчас она сравнивает его с Вудом. Сердце сжалось и начало отбивать чечётку. «Ну почему? Зачем? Отчего?» Через несколько минут улыбка на излучающем счастье лице погаснет, потому что женщина, которую он так любит…

Ей захотелось исчезнуть, испариться, чтобы не видеть, как опустятся сильные руки, задрожат уголки губ и счастливый блеск в глазах уступит место раздирающей душу боли. Бейн, как и она, никогда не умел прятать эмоции.

– Прости, я опоздал? – Легкий поцелуй в губы, от которого Кэтлин не смогла уклониться.

– Нет, это я слишком рано пришла. – Она промокнула губы салфеткой и отодвинула тарелку, чтобы освободить место для букета, поинтересовавшись: – Закажешь что-нибудь?

– Нет, не сейчас, сначала... – Калама полез в карман.

И Кэт внезапно поняла, к чему весь этот парадный вид, цветы, и что он сейчас достанет. Она хотела закричать: «Нет!» – но в горле сделалось совершенно сухо, и даже слюна не могла протолкнуться сквозь режущую колючей болью глотку.