Еще не достав трубку, уже знает, кто наяривает.

– Да, Костя Викторович… – обращается с легкой издевкой, отворачиваясь от дома, прораба, идя в сторону дороги к припаркованному черному внедорожнику.

Сегодня, правду говоря, суббота, и начальник мог бы своего подчиненного лишний раз не задрачивать, но дело в том, что начальник Гаврилы… Он особенный. Он не мог бы.

– Ты где? – Костя спрашивает привычно резко и отрывисто. У Гаврилы в ответ на требовательность дрожат губы.

– В Любичах своих.

Он поясняет, чтобы дальше слушать тишину. Что она значит – прекрасно знает. Какого хуя, друг, ты так далеко, когда я в тебе нуждаюсь?

Но вслух именно это произнести даже Косте Гордееву наглости не хватает.

– Долго там будешь? – он чуть смягчается и спрашивает, а не требует.

– Вот уже ехать буду. Дом посмотрел, в храм к отцу Павлу зашел, на могилках был.

Косте похуй, что там у Гаврилы по храму и могилкам. Это он больше себе. Так выглядит его стандартная программа, если удается вырваться на малую родину. Иногда он ещё к речке спускается. Но редко.

– Дуй в город тогда.

– Кофеечек некому принести? – это ирония работает в две стороны. Немного укол относительно беспомощности Гордеева, который, поймав звезду, напрочь разучился хотя бы что-то делать своими руками. Отчасти по отношению к самому Гавриле. Не менее талантливому, чем его босс.

Просто так сложилось исторически, что у Гордеева не было трех лет сначала употребления, а потом реабилитации. Он не падал, ему не приходилось вставать.

Но оба понимали: если бы жизнь иначе сложилась – вполне возможно, сам Гордеев бегал бы у Гаврилы на побегушках. А не так, как сейчас.

– Не забудь из сиськи молока сцедить, мамочка…

Костя колет в ответ, Гаврила улыбается. Отчасти так и есть – он та ещё мамочка, только детка у него… Психованная.

– А я думаю, че сиськи ноют, а это я не сцедил, Костя Викторович.

– Хватит зубы скалить. Маякнешь, как будешь в черте. Хочу обсудить кое-что…

Костя скидывает, не дождавшись согласия. Привык, говнюк, что Гаврила согласен на всё и всегда. Гаврила сам в этом виноват – приучил.

Но не просто так. Он своему боссу жизнью обязан. Не фигурально. Реально вполне.