Давным-давно, когда вместо этого – нового дома – тут же стоял другой (постарше и поскромнее), Гаврила попал в огромную беду. Звали беду – Полина. Беда должна была закончиться для него смертью, но как-то… Распетлялись.

Но о грустном думать не хотелось, пусть и это место мучило грустным Гаврилу больше любого.

Поэтому он крикнул рабочим, что приедет через неделю, и если результат его не устроит – всех нахер разгонит, кивнул нескольким соседям, следившим за ним и его действиями искоса и слегка с опаской.

Открыл дверь в машину, устроился на водительском, начал назад сдавать…

Уезжать отсюда всегда было сложно и одновременно легко.

С одной стороны, тут его душа жила. И ныла особенно сильно душа именно тут. С другой… В столице он хоть как-то мог настоящим жить, а не то и дело возвращаться в прошлое.

* * *

Восемь лет назад он встретил свою главную, а может и единственную вообще, любовь – Полину Павловскую. Дочку не просто богатого папы, а человека, которого в их стране знают не хуже, чем большинство сменяющихся парламентариев и членов правительства. Наверное, потому что они сменяются, а он – нет.

Они с Полиной были глупыми и влюбленными. Гаврила – бесконечно уверенным в себе. Он у неё первым стал. Она себя ему подарило. От этого осознания до сих пор иногда крышу срывало. Потому что… Ну как же так-то?

Как же так? Они же любили…

Долго и успешно прятались. Он тогда был еще бедным и амбициозным. Читал умные книги и мечтал о большом будущем с ней вдвоем. А лучше – с ней и множеством детей. Всегда, блин, детей хотел.

Когда она сказала, что беременна, чуть разрыв сердца от счастья не получил. Потому что для него это – чудо. А ей было сложно. Она и отца боялась, и за себя боялась, и за него тоже боялась.

Гаврила её понимал – послушную же, чистую девочку взял. Её ломало, а он не хотел, чтобы из-за него плохо было.

Чтобы боялась меньше – Гаврила предложил венчаться. Думал, это их навеки свяжет. Даст ей столько уверенности, сколько он в принципе может дать. Нерушимые обеты всё же… Да только всё получилось как-то не так.

После венчания он уехал на две недели – предложили очень денежное дело. Конечно, незаконное. Но какая ему разница, если полученного хватит на побег и пару месяцев безбедной жизни за бугром?

Гаврила согласился. Предупредил Полину, что будет не на связи. Просил о двух вещах – ждать и верить.

Вернувшись, был пиздец счастлив, потому что всё выгорело. В его руках – сумка набитая баблом, в съёмной квартире паспорта на левые имена. Осталась мелочь – душ принять, всё собрать, заявиться к Полюшке с сюрпризом. В охапку её и нахрен прочь.