Это какой-то паноптикум. Анриал…

- Они её чуть не убили, ты понимаешь? Она могла насмерть замерзнуть!

- Если бы ты не уехал, а сразу пошёл бы её искать, ничего бы этого не случилось. И потом… ваша подруга, Селена… почему-то вы забываете, что она тоже была в курсе всего… - говорит спокойно и четко, не мой отец, а робот какой-то.

- Пап…

- Если бы она пришла сразу, если бы рассказала учителям, директору, то ничего бы этого не было.

Не слушает. Не слышит. Не въезжаю… просто не въезжаю…

- Пап, ты не понимаешь…

- Понимаю! Сам бывал в похожих ситуациях и не раз. Мозгов хватило не лезть. И дать во всем разобраться тем, у кого есть полномочия.

- Пап, послушай…

Достучаться! Я должен достучаться, иначе…

- Наслушался, Ром. Хватит. Ты… Твоя мать ждёт ребенка, ей нельзя волноваться.

- Что?

Сердце издает звук – словно струна лопнула. Аут. Не осознаю пока.

- Вот так. Поэтому… давай как-то… спокойно всё закончим?

Да… Нет я… чёрт, я за них рад, конечно. Очень. Потому что гибель Ваньки им очень тяжко далась, особенно маме. И потом… меня не посвящали, конечно, в подробности, но я знаю, они пытались, хотели еще детей. Меня, такого геморройного, им мало было что ли…

Нет, сейчас, когда я думаю о перспективах семьи и брака для нас с мышкой, я… я почему-то хочу детей, много, как минимум трех. У Да Винчи вот сеструха и братан мелкий, классные. Мне нравится с ними возиться. Коршун у нас один, единственный – иногда долбаю его, за то, что он эгоистичная скотина.

Значит, я скоро опять стану братом. Это здорово, но…

Не понимаю всё-таки, зачем мне уезжать? Почему?

Потому что родители Мироновой, Разумова и Беляева объединились. И явно готовят что-то нехорошее. А еще… еще у нашей директрисы, у «Ксенона» большие проблемы из-за этой истории. В общем… треш.

Поэтому меня ссылают в Эмираты!