Срок двенадцать недель.

С ума сойти! Мы ругались и чуть не разрушили все к чертям, упирались, как два барана. А в это время внутри меня рос и креп наш ребеночек.

Словно только сейчас в голове складывается окончательно картинка прошедших месяцев. Эти незримые изменения, что поначалу происходили со мной и с моим организмом. Перестройка. То, как значительно изменились пристрастия в еде, как стали раздражать многие запахи, как часто я стала плакать и эмоционально взрываться. И как все естество бунтовало против присутствия рядом чужого, абсолютно неприятного человека – Ромы. Словно этот маленький сорванец внутри уже знал, кто его папа, и всячески подталкивал в правильном направлении. Глупости, конечно, но… Вот и как тут не поверить, что все, что ни делается, к лучшему?

Не заметила, как снова начала реветь. В этот раз уже исключительно от счастья, что накрыло с головой, окуная в какую-то неописуемую сладкую эйфорию.

Я стану мамой.

А Макс – папой.

Совсем скоро по нашему большому дому будут топать крохотные ножки, и звучать смех малыша.

По щеке катится слезинка, а с губ не сходит счастливая довольная улыбка. Руки то и дело тянутся к телефону, чтобы набрать Гая, но у него встреча… не буду тревожить, а вот вечером…

Да нет, такое нужно говорить лично. Хочу видеть его лицо, его улыбку и взгляд.

Весь день проходит в состоянии прострации. После того, как отошла от первого впечатления, внутри начала просыпаться легкая паника. Это же сколько нужно подготовить к появлению крохи, а у нас осталось всего шесть месяцев…

Почти три часа прошаталась по торговому центру, обошла все возможные детские отделы и устала умиляться от обилия забавных комбезиков, распашонок, пинеток и прочей прелести для новорожденных.

А вечером, дома, завалившись перед телевизором в гостиной, с чашкой чая и Бармалеем в ногах, набрала мамуле, от визга которой чуть не оглохла.

– Теперь ты просто обязана нас познакомить с Максимом, ты же понимаешь, малышка? – поет мама в трубке. Буквально слышу, как она пританцовывает на месте от радости.

– Да-да, – слышу на заднем фоне серьезный голос папы, – а мы еще подумаем, доверять ему внука или нет!

– Ну, па-а-а-ап, – закатываю глаза, представив родное грозное лицо, – во-первых, еще не известно, внук это или внучка, во-вторых, лучшего отца, чем Макс, и придумать сложно. Можешь быть уверен.

– Все равно, моя двустволка всегда готова отстрелить…

– Я поняла. Поняла, – смеюсь в чашку с чаем. – Вот только из командировки вернется, и мы к вам, обещаю.

– А свадьба, Кати, солнце, – взволнованно щебечет ма, – с пузиком под венец?