Где мой Макс?!

Глава 62 (Кати)

Глава 62 (Кати)

Вечер дома я провожу с телефоном в обнимку.

Не могу спать, не могу есть, не могу пить. Только мучить телефон и молиться.

Отбросив первые эмоции после разговора с Кристиной, я поняла, что нельзя кидаться снова в истерики и вестись на провокации. Возможно, это просто ужасное совпадение. Ее звонок и неполадки с телефоном у Макса. В конце концов, такое уже было, когда он улетел в Лос-Анджелес и почти две недели молчал. Я злилась и бесилась, но всё оказалось проще, чем я себе напридумывала: он просто забыл мобильный дома.

И тут, вдруг он его потерял? Вдруг не помнит моего номера и поэтому не может выйти на связь? Или у него много работы и… и что, Кати? И некогда ответить невесте? Глупо, очень глупо. Но лучше так, чем кидаться из крайности в крайность и глотать успокоительное, которое в моем положении может только навредить. Я теперь не одна и желательно об этом не забывать.

Успокаиваю себя, меряя шагами огромную гостиную, но снова и снова набираю его номер в надежде вот-вот услышать протяжные гудки и его фирменное: “детка”.

Тщетно.

* * *

Следующее утро начинаю с похода в его офис. Проворочившись всю ночь на кровати и так и не сомкнув глаз, я титаническими усилиями привожу себя в более-менее человеческий вид и выхожу из дома.

Не смогу работать и сосредоточиться на чем-то, кроме Гаевского. И не смогу, пока хоть что-то не узнаю или не услышу родной голос.

Поднимаюсь на тридцатый этаж соседнего бизнес-центра и тешу себя надеждами, что вот здесь и сейчас все прояснится, но, “поцеловав” закрытые двери приемной и не найдя его секретаря или хоть кого-то, кто смог бы ответить на мои вопросы, я еду в “Рассвет”.

Но и тут девушки на баре меня разочаровывают, говоря, что Максим Александрович уже несколько дней не появлялся в клубе и, соответственно, не звонил. Смотрят на меня взглядом, полным непонимания, чего я так переполошилась, но им не понять. Это не они уже вторые сутки пытаются дозвониться внезапно исчезнувшему любимому человеку.

– Хорошо, спасибо, – все, что удается из себя выдавить, так как вот теперь паника начинает, как снежный ком, расти и шириться.

Последняя надежда на “Модис”, но и там мне говорят то же самое: не видели, не знаем, не звонил. Хоть сядь посреди улицы и зареви. Единственное, что отзывчивая знакомая администратор советует, проехать до его ресторана.

И снова такси, и снова тысячи попыток дозвониться. Искусанные губы и трясущиеся руки, бешеный пульс и слабость до звезд в глазах.

Паника – самое страшное, что может быть в нашей жизни. Страшнее, пожалуй, только неизвестность. И, удачливая, я с лихвой на свою долю отхватила и то, и другое.