Кого я обманывал? Я открыл свой ноут на журнальном столике и нашел стрим.

Присел на корточки у стола, сгорбившись и балансируя на пальцах. Примерно пятьсот рекламных роликов спустя началась трансляция в прямом эфире.

Какой-то актер, играющий супергероя, разговаривал с ведущим Джеймсом Перривезером.

– Ну же! – крикнул я в экран, как будто эти два тупицы с улыбающимися лицами могли меня услышать. Но вскоре они закончили, и я вцепился в края своего ноута, приблизив лицо к экрану настолько, что буквально чувствовал, как его бурлящая энергия касается моей кожи.

Включилась реклама.

Я упал назад, ударившись головой о диван, а задница соскользнула на кафельный пол. На потолке было столько трещин. Краска отслаивалась маленькими кусочками. Мои мысли неслись вскачь, подстраиваясь под ритм сердца. Оно готово было вырваться из груди и кругами бегать по комнате, так сильно оно колотилось.

Был ли я готов увидеть ее? И не просто ее, а ее в образе Лаки? Лаки, существовавшей на разных планетах с той девушкой, с которой я провел день?

Музыкальная тема шоу вернула меня в реальность, и я вернулся на пятки, обхватив руками ноут.

Так случилось, что я оказался в единственном затененном месте в комнате, между лучей пыльного солнечного света. Казалось, всё замерло – трепет занавесок, кружащиеся пылинки вокруг моей головы.

Джеймс стоял на сцене, сцепив руки перед собой.

– У нее более десяти миллионов подписчиков в Твиттере. Ее сингл «Heartbeat» – самая скачиваемая песня в истории Азии. – Крики и скандирование из зала почти заглушили его слова. Он сделал шокированное лицо и ухмыльнулся. – Сказано достаточно! Здесь, и это ее дебют в Америке, сенсация K-Pop – Лаки! – Джеймс взмахнул руками, и камера повернулась налево. Колонки моего ноута не справлялись с ревом толпы.

Боже, я едва мог дышать. Фактически я вцепился рукой в грудь, сжав в кулаке толстовку.

На сцене было темно, а потом вдруг появилась она.

Стоя под единственным прожектором. В серебристых сапожках, что обтягивали ее длинные ноги. Крошечные шорты. Какой-то блестящий жакет, который обтягивал ее торс. Ее голова была опущена, завеса розовых волос искусно растрепалась и закрывала лицо. Рука, державшая микрофон, была отягощена блестящими массивными кольцами.

Она уже казалась такой далекой.

Заиграла музыка «Heartbeat», но она не пошевелилась. Ладно, это может быть частью представления. Но музыка все играла, и в воздухе витала ощутимая тревога. Я нервно прикусил губу. Что происходит?

Музыка все играла, она сняла жакет и бросила его на пол. Аудитория одобрительно загудела.