— Но, если я не ошибаюсь, вы все равно хотели повесить Квимбо и отрубить Кэнди руку, разве не так? — прищурилась Элизабет.

— Да, но ведь он ударил меня… — пробормотал управляющий, вытирая вспотевший лоб.

— По вашей же вине, — оборвала его Элизабет. — Знаете что, мистер Браун? Оставьте Кэнди и Квимбо в покое. Займитесь лучше своими прямыми обязанностями. Солнце уже высоко, а вы еще не собрали ни фунта хлопка.

— Так что же, этим дрянным черномазым все сойдет с рук? — опешил Браун.

— Я займусь ими. А вы — занимайтесь своей работой.

Браун недовольно закатил глаза, но ничего не сказал.

— И еще. — Элизабет обвела взглядом рабов. — Так как по вине мистера Брауна мы потеряли два часа времени, сегодняшняя норма снижается на двадцать фунтов. — Она повернулась к управляющему. — Пошевеливайтесь, мистер Браун, или я вычту эти потери из вашего жалования.

— Слушаюсь, мэм, — буркнул тот и, завопил, обращаясь к рабам: — Живо, чертовы отродья! На работу! Да поскорее, не то отведаете моего кнута!

Толпа всколыхнулась и начала разбредаться. Одни рабы поплелись в сарай за инвентарем, другие направились к стойлам, запрягать в телеги мулов и быков. Браун бестолково подгонял и тех и других, изрыгая проклятия и суетливо размахивая руками.

Вскоре на лужайке остались лишь Элизабет и Самсон. Ей не терпелось расспросить о побеге. Убедившись, что все ушли, она шагнула к нему. Самсон увидел, что она хромает, и мигом очутился возле нее.

— Осторожнее, мэм. — Он взял ее под руку. — Давайте я вам помогу.

— Помоги. — Она с легкой улыбкой взглянула в его глаза. Припухшие веки, красноватые белки — Самсон явно всю ночь не спал. Понизив голос, Элизабет спросила: — Как все прошло?

— Как по маслу, — тихо ответил он. — Браун и его прихвостни налакались вусмерть, и мы смогли пробраться в сарай.

Он подвел ее к приземистому каменному строению и распахнул дверь. Элизабет заглянула внутрь. В нос ударил запах прелой соломы и нечистот, а в глаза бросились цепи, свисающие с плесневелых стен.

— Здесь их держали? — поинтересовалась она.

— Ага, — кивнул Самсон. — Абрам прихватил связку ключей, и один из них подошел, так что даже не пришлось разбивать колодки.

Колодки… На полу валялись массивные доски с полукруглыми выемками для рук и ног. Элизабет поежилась. Страшно представить, что чувствует человек, на долгие часы обездвиженный в этом пыточном приспособлении.

— Труднее всего было запихнуть Квимбо в хлопковый тюк, — продолжил Самсон. — Пришлось его чуть ли не втрое сложить.

— А по пути неприятностей не было? — поинтересовалась Элизабет.