— Вставай, кусок дерьма! — приказал Джеймс. — Бейся!

Элизабет кусала губы, глядя, как Самсон поднимается на ноги. Он шатался, и тонкая струйка крови бежала у него из ноздри.

— Пошел!

Его с силой толкнули на Малыша Джонни. Самсон врезался головой в его живот и, прежде чем великан успел отреагировать, обхватил его поперек торса, поднял и швырнул на арену.

Толпа радостно взревела, а Самсон навалился на Малыша Джонни и стал заламывать ему руку. Завязалась жестокая борьба. Элизабет, бездумно грызя костяшки пальцев, напряженно следила за тем, как соперники катаются по арене, сцепившись в рычащий ком.

Кряхтение, сопение, гортанные стоны. Два тела — черные, потные, лоснящиеся в свете факелов — возились на белом гравии, размазывая по нему кровь.

— Используй захват!

— Бей по башке!

— Дави его! Дави! — кричали из толпы.

Все орали, махали руками, подскакивали от возбуждения, лишь Джеймс наблюдал за поединком молча, жадно затягиваясь сигарой.

Малыш Джонни отшвырнул от себя Самсона, и пока тот пытался встать на колени, схватил его за волосы на макушке и несколько раз ударил о землю головой.

Самсон распластался на гравии и затих, и Элизабет показалось, что он мертв. Она закричала, но из горла, как в страшном сне, вырвался лишь свистящий хрип.

Малыш Джонни отвесил своей жертве пинок под ребра, а затем отступил на пару шагов, позволяя публике полюбоваться на результаты его труда. Элизабет рванулась, но Джеймс крепко удержал ее за плечо.

Сквозь пелену слез, она увидела, как Самсон шевельнулся, а затем тяжело поднялся. Кровь часто капала из его разбитого носа и рта.

Едва оказавшись на ногах, он кинулся на Малыша Джонни. Но тот встретил его ударом под дых, снова отправляя на землю.

— Самсон, негритянская тряпка! — заорал Джеймс. — Дерись! Если ты победишь, клянусь, я освобожу тебя!

— Ты и так свободен, Самсон! — неожиданно для себя выпалила Элизабет. — Мистер Чарльз перед смертью подписал тебе вольную грамоту!

Ее слова потонули в гуле голосов, но Самсон, кажется, их услыхал. Он поднял голову, и Элизабет увидела, как бешено сверкнули его глаза. Шатаясь, он встал на ноги. Малыш Джонни презрительно ухмыльнулся и поманил его к себе.

Как и в прошлый раз, Самсон с разбега впечатался головой в живот великана, но сейчас тот почему-то издал нечеловеческий вой. Толпа охнула и затаила дыхание. Приглядевшись, Элизабет увидела, что Самсон вцепился зубами громиле в бок.

Малыш Джонни с воплями завертелся и стал молотить Самсона по спине, пытаясь оторвать его от себя. Когда ему это удалось, глазам открылась страшная зияющая рана у него на боку. С нее свисал кусок окровавленной плоти, держась лишь на одном лоскуте. Элизабет ощутила, как к горлу подкатила тошнота.