— Он сказал, что на вашей свадьбе вы не очень хорошо пообщались плюс вся эта история со сватовством Луи… Короче, он хочет с тобой помириться.

Питер поморщился:

— Прелесть какая. Я с ним не ссорился. Его для меня просто нет.

Одетый в вечерний костюм, гладковыбритый, Зак мерил длинными ногами гостиную, здорово действуя Питеру на нервы:

— Я понимаю. Но у меня завтра свадьба. Он мой ближайший сосед. Не пригласить его я не мог. Мне показалось это решением проблемы…

Зак остановился перед Питером и вопросительно посмотрел на него. Питер отсалютовал ему бокалом виски и сделал большой глоток:

— Это твой дом, твоя свадьба и твой сосед. И твое право звать его, куда и когда хочешь. Потерплю, не сломаюсь.

Зак поспешил оправдаться:

— Ты же знаешь, он и мне не очень. Но на ближайшие несколько миль больше никого, а Алана беременна — я не могу рисковать.

Питер, которому Кристина рассказала историю гибели первой жены доктора Митча, протянул ему руку:

— Я понимаю. Правда, все окей.

Зак облегченно пожал руку в ответ.

Но того, что дядя Ланс, по меткому выражению Питера, «припрется не один, а с дочуркой и смазливым виконтом», не ожидал никто. Правда, пока эта троица вела себя прилично, но самое ее присутствие бесило многих: Питера, Кристину, Алану и почему-то Кейти, особо не скрывавшую почти физически осязаемую ненависть к, казалось бы, незнакомым ею людям. А вот «троица», наоборот, прекрасно себя чувствовала и, не стесняясь, это демонстрировала. Всю церемонию дядя Ланс с таким интересом внимал словам священника, что можно было подумать, что он сам как минимум епископ. Его дочь Мэгги «не вылезала» из мобильника, практически беспрерывно снимая все происходящее, но страннее всех вел себя Николас Аттенборо, который непонятно как здесь оказался, но чувствовал себя среди немногочисленных гостей как рыба в воде. И все бы ничего, и «плевать бы на него», если бы он не вознамерился «охмурить Кристи».

Началось все еще до церемонии с того, что из цветочного браслета подружки невесты, состоящего из тех же цветов, что и букет невесты, и отмечавшего особый статус Кристины на этом мероприятии, вылетел один бутон и приземлился недалеко от виконта. Никто бы не обратил на это внимания, если бы не сам виконт, который не просто поднял его, но и торжественно вручил Кристине. Она мило улыбнулась, поблагодарила и приняла цветок, положив его рядом на скамейку. (Правда, Кейт, сидевшая слева от Кристины, почти сразу же демонстративно его выкинула.) Позже, во время церемонии, сидящий позади Кристины виконт попытался заговорить с ней, прошептав ей что-то на ушко, но натолкнулся на такой убийственный взгляд Питера, что быстро ретировался, а точнее, широко улыбнувшись, отодвинулся максимально далеко от миссис Девенпорт. Но радость Кристины, не испытывавшей восторга от внимания Николаса, была преждевременной: когда в преддверии свадебного обеда гости собрались в холле банкетного зала местного ресторана, Николас, судя по всему, решил пойти напролом. Заметив, что Питер отошел, оставив жену наедине с Кейт, он подошел к девушкам и заговорил с Кристиной: