— Мы учились вместе. Я за ней ухаживал. Не срослось. Обычная история.

— Сколько тебе было лет?

— Двадцать или двадцать один — где-то так.

— Как ее звали?

Питер помолчал.

— Если это так тяжело…

— Эльза. Ее звали Эльза. У нее были французские и немецкие корни.

— Вы встречались?

— Я думал, что да.

— А она?

— Позже выяснилось, что не совсем.

Кристина потянулась к мужу:

— Что произошло, Питер? Ты расскажешь мне? Если это очень болезненно…

Болезненно?.. Еще полгода назад это было бы невозможно, а сейчас…

Он удивленно поднял брови:

— Да нет… Это случилось на стадионе. Мы приехали туда всем курсом зачем-то: то ли нормативы сдавать, то ли зачеты… Не помню уже. Я, как ты понимаешь, в этом не участвовал, она почему-то тоже. Мы остались в общем холле при раздевалках и болтали.

Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 3 апреля, 20:48

Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 3 апреля, 20:48

Она слушала его рассказ и понимала, что, наверно, он прав и знать ей это совсем не обязательно. В конце концов, у всех есть прошлое. Но это было его прошлое, судя по всему, очень важная его часть, и она хотела ее знать. Ей казалось, что она тоже станет частью этого, если узнает, и тогда ему не будет так больно думать об этом, а то, что ему больно, она знала наверняка.